Лорд Драммонд уже начал раскаиваться, что в простоте душевной принял всерьез лакейские выдумки.
Разве цветок, достойный его, мог бы дышать воздухом этой полузадушенной улицы?
Слуга остановился перед домом весьма жалкого вида и, обернувшись к лорду Драммонду, сказал:
И он тут же постучал в дверь.
На стук вышел маленький, нищенски одетый человечек, при своем низком росте еще и согнутый в дугу от привычки вечно копаться в земле.
— Вот, братец, — сказал ему слуга, — это знатный чужестранец, о котором я тебе говорил сегодня утром.
— А, стало быть, этот господин и является владельцем того сада, который вы мне так расхваливали? — с видом иронического сомнения обратился лорд Драммонд к слуге, покосившись на убогую одежонку Тромпа.
— Ну, — промолвил тот, явно заметив взгляд лорда Драммонда, но, похоже, нимало тем не смутившись, — вы ведь пришли поглядеть не на мой наряд, а на мою коллекцию.
— Это верно, — согласился англичанин. — Так войдемте же.
— Прежде чем войти, — сказал Тромп, — ответьте мне на один вопрос.
— Это точно, что вы сегодня же уедете из Харлема?
— Как только выйду от вас.
— Дело в том, что я не желаю показывать мои цветы кому-нибудь, кто потом явится беспокоить меня, чтобы увидеть их еще раз. Что я позволяю вам один разок полюбоваться на них, это уже много. Они, видите ли, мои, и этим все сказано: я свои тюльпаны ревную, как другой ревновал бы свою жену.
— Повторяю вам: сегодня вечером я уже буду далеко отсюда.
Лорд Драммонд и слуга вступили в темный душный коридор.
Тромп тотчас закрыл за ними дверь, отчего ни света, ни воздуха ни в коей мере не прибавилось.
— Идите вперед без опаски, милорд, — сказал слуга. — Здесь нет ни люка, ни ступенек.
Пройдя несколько шагов, лорд Драммонд оказался перед какой-то дверью.
— Погодите, — сказал Тромп.
И он, обойдя лорда Драммонда, стал отпирать дверь, запертую на три оборота ключа.
Когда она отворилась, в коридор хлынул веселый поток света.
Это было как бы внезапное вторжение солнечных лучей и пения птиц. Просторный, сверкающий сад рос и блаженствовал на щедрой земле и под таким же щедрым небом.
— Входите и смотрите, — сказал Тромп ослепленному лорду Драммонду. — Но позвольте мне запереть эту дверь.
Он запер дверь и продолжал:
— Как видите, не стоит судить ни о человеке по платью, ни о саде по дому.