— Я так понимаю, у вас натянутые отношения с отцом?
— И как, скажи на милость, ты это поняла?
— Ранее ты сказал, что Гарет — папин золотой мальчик, значит, ты нет. Ты также сказал, что у него есть раздражающие черты характера. О, и ты никогда не выкладывала фото только вас двоих на свой Instagram.
— Сталкер. Не знал, что ты просматриваешь все мои посты, детка. — Мои щеки горят.
— Дело не в этом.
— Тогда в чем?
— В твоих отношениях с отцом.
— Ни о каких отношениях не может быть и речи. Ему никогда не нравилась ни идея обо мне, ни сам факт моего существования.
— Конечно, ты неправильно понял.
— Нет ничего плохого в том, чтобы сказать моей матери, что они должны были остановиться на моем дорогом старшем брате — также пишется скучном — потому что я дефектный.
По моему телу проходит дрожь. Хотя тон Киллиана остается прежним, я чувствую изменения в его поведении. Эта тема задевает его не в ту сторону, и я хочу знать больше."
"Я хочу впиться ногтями в его неудобную часть и вырвать ее, потому что я знаю, что это, вероятно, единственный настоящий он, которого я когда-либо увижу.
Теперь, я начинаю думать, что Киллиан включил Гарета в свой список дерьма из-за его отца.
Чем больше Гарет благоволит их отцу, тем больше он его преследует.
Не то чтобы это было правильно, но это защитный механизм.
— Ты, наверное, неправильно понял. Большинство родителей не ненавидят своих детей.
— Ключевое слово — большинство. А теперь брось это.
— Но...
— Я сказал. Брось. Это.
Мрачный тон не оставляет места для переговоров, но прежде чем я успеваю придумать, как вернуться к теме, он спрашивает своим бесстрастным голосом:
— Вернемся к теме. Я вызываю у тебя восхищение?
— Из-за чего?
— Из-за того, что я первоклассный гений.
Моя грудь сжимается, и я ненавижу то, что я в восторге от того, что он хочет моего восхищения.
Ненавижу, что это первое, что приходит на ум.
— Скорее, ты пытался хитростью добиться восхищения. Извини, что я тебя огорчаю, но тебе нужно больше стараться.
Ухмылка приподнимает его губы.
— Всегда готов бросить вызов.
— Так вот кто я для тебя? Вызов?
— Может быть. Может быть, нет.
Я застонала.
— Ты знаешь, что это не ответ. Ты делаешь это специально? — Он ухмыляется.
— Может быть. А может и нет.
— Фу. Ты чертов мудак.
— А. Не надо. Ты знаешь, что меня заводит твой нецензурный язык. Особенно с твоим сексуальным акцентом.
Я поджимаю губы и смотрю на него, что только усиливает его ухмылку.
Мы подъезжаем к общежитию, он паркуется и смотрит на меня.
— Хорошо, ладно, я буду вежлив и отвечу на твой вопрос. Ты — вызов, маленький кролик. Худший из всех, самый въедливый из всех, но, самое главное, самый занимательный из всех.
Мой желудок опускается, и ужасное, мерзкое чувство впивается мне в горло.