— Значит, ты можешь спать со другими, а я нет?
— Я сплю только с тобой.
— Я говорю о том, что было раньше.
— До — это в до. Ты не видишь, как я хожу вокруг, охочусь за твоей детсадовской влюбленностью или школьной. Я мог бы, но, наверное, не буду.
— Возможно? — говорит она с недоверием, достаточным, чтобы написать об этом книгу.
— Поскольку, я на самом деле твой первый я не держу на них зла. Я могу узнать их имена, порезать шины и причинить небольшой дискомфорт в их жизни, например, спрятать ключи и разбить окна. Мелкие преступления для мелких простушек.
— Я хочу, чтобы ты знал, что у моего школьного парня был огромный член.
— Ты сказала это, чтобы позлить меня, не так ли?
Она приподняла бровь.
— Это работает?
Эта маленькая гребаная ведьма учится быстрее, чем это допустимо. Могу сказать, что я полностью ожидал, что она побежит к холмам, когда я признался, что вчера мне понравилось убивать.
И я был готов гнаться за ней, привязать ее к моей кровати и, очевидно, заставить ее добавить еще больше ненависти к моему выделенному разделу в ее голове.
Так что представьте мое гребаное удивление, когда она осталась. Она была до смерти напугана, дрожала от страха, ее чуть не стошнило, но она осталась.
Однако, она сделала кое-что гораздо более интересное, чем просто осталась. Глиндон действительно слушала.
Она тоже задавала вопросы и была полностью в моменте со мной. Она хотела узнать эту сторону меня и отказалась от масок, которые весь мир — в том числе и мои родители — с которыми мне комфортно. Глиндон, мать ее, Кинг сказала, что хочет знать правду, и на этот раз она говорила серьезно.
— Это правда? — Спрашиваю я вместо того, чтобы ответить на ее вопрос. — Ты видела его самонадеянно огромный член?
— Да. Я была девственницей, но не совсем неопытной. Я дурачилась.
— Хм. Мне нужно имя.
— Глиндон Кинг. — Она протягивает мне руку. — Приятно познакомиться.
Я смотрю на ее руку, затем на ее лицо.
— Это должен быть сарказм?
— Ты должен быть таким грубым? — Она хватает мою руку и пожимает ее. — Вот, видишь, как легко быть милым.
Я дергаю ее за руку, и она вскрикивает, ударяясь о бок машины."
"— Полегче, ковбой, — говорит она задыхающимся голосом.
— Не будь кокеткой, и не шути со мной, Глиндон. Как зовут этого ублюдка?
— Знаешь ли ты, что у тебя, типа, красивые черные крупинки в твоих голубых глазах? Это генетический шедевр.
— Ты тянешь время.
— А ты должен был уйти. Еще две минуты и суровый директор общежития придет и прогонит тебя метлой.
— Имя. Последний раз спрашиваю.
— Просто прекрати это, Киллиан. — Она наполовину возмущена, наполовину смирилась. — Ты не можешь просто выследить всех мужчин из моего прошлого.
— И твоего настоящего и будущего вместе взятых. Но мы начнем с якобы парня с большим членом.