— Не могу поверить, что это первый раз, когда ты готовишь, — пробормотала она, проглотив содержимое своего рта.
— Сильно ревнуешь, мой маленький кролик?
Ее голова наклоняется в мою сторону, из-за чего светло-медовые пряди маскируют половину ее лица.
— Что это за прозвище?
— Ты вчера быстро бегала. Мне понравилось.
— Ну, мне не понравилось то, что ты сделал потом. Какого черта ты выложил эту фотографию на IG?
— Боже, детка. Ты преследуешь меня? — Я ухмыляюсь. — Мам, забери меня. Мне страшно.
Она улыбается, потом прячет улыбку.
— Все должно быть наоборот, придурок.
Я шутливо ударяюсь плечом о ее плечо.
— Нужно претендовать на то, чтобы никто не смел приближаться к тому, что принадлежит мне. Как старый добрый Стюарт.
— Прекрати смеяться над ним. Ты невероятен.
— Как и твоя картина «мой тип». Удали это.
— Нет.
— Мне обязательно идти по сложному пути?
Ее губы снова расходятся, и она перестает ковыряться в салате, чтобы осмотреть окружающую обстановку.
— Ты не можешь ничего сделать. Мы на людях.
— Подумай еще раз. — Я беру ее телефон с коленей и кладу его перед ее лицом, разблокируя его.
Когда она выходит из оцепенения, я уже в ее Instagram и приступаю к удалению фотографии «мой тип».
— Ты когда-нибудь слышал о конфиденциальности?
— Не верю в это слово, когда речь идет о тебе. — Пока я это делаю, я захожу в ее контакты и смотрю, как она меня назвала.
— Псих — это мило. — Я целую ее в щеку, и она замирает, когда я делаю селфи, а затем помещаю его в качестве фотографии на дисплее. — Вот. Намного лучше. Ты можешь любоваться этим, когда скучаешь по мне.
— Как будто!
Я хихикаю, пока она пытается достать свой телефон и терпит неудачу. Снова и снова.
Наконец, она сдается и бросает гневные взгляды в мою сторону.
— Ух. Член.
— Вижу, твой репертуар оскорблений стал богаче.
— Училась у лучших.
— Рад помочь. Как ты собираешься мне заплатить? Я голосую за минет.
— В твоих мечтах.
— В моих мечтах твоя кровь размазана по всему моему члену, так что если ты не хочешь воссоздать этот образ, я предлагаю тебе сменить тему. — Я хватаю ее руку и кладу на свою выпуклость.
Ее щеки становятся пунцовыми, когда она быстро убирает руку назад.
— Извращенец.
— Если ты считаешь это оскорблением, подумай еще раз.
Она делает вдох, но предпочитает продолжать есть.
Тогда я подсказываю.
— Кстати, куда нам потом пойти?
— Почему мы должны куда-то идти?
— Потому что мы встречаемся, или какой бы ярлык ты ни навесила на это. В ретроспективе это означает, что ты моя.
Она издала прерывистый вздох.
— Приходи в особняк. Нико устраивает вечеринку.
— Пас. Это не моё.
— Хм. Тогда что же?
— Тихие вечера. Уютные одеяла и фильм, наводящий на размышления. Такие вещи.
— Твое представление о развлечениях еще хуже, чем твой вкус в мужчинах.