За столом счастливые родители в тот день только и говорили, что о чудесном преображении сына, который не пришел даже обедать – остался в конторе с инженерами знакомиться с бюджетом, с планами строительства нового спортивного центра. Единственно, что омрачало их общую радость, было поведение Эстер. Когда Елена сообщила ей все новости, та лишь недовольно передернув плечами, что было высшей степенью раздражения, бросила: «Он все делает, чтобы быть поближе к этой дряни, Марианне!» На что донья Елена резонно заметила, что, наверное, Эстер не любит своего мужа и никогда не любила его по-настоящему. Иначе радовалась бы вместе с ними. Зато радовался падре Адриан, зашедший вскоре после обеда и присоединившийся к дону Альберто в библиотеке, чтобы выпить предложенную чашечку кофе.
– Знаешь, Адриан, просто не верится, что наконец этот момент настал.
– Ну, скажи, что заставило его принять такое решение?"
"– Не знаю. Наверное, понял, что нельзя всю жизнь жить так, как он жил до этого. А, может, тот факт, что он станет отцом? Точно не знаю. Но я счастлив. Сегодня впервые Луис Альберто и я говорили, как отец и сын, – с уважением и любовью друг к другу.
– И, как ты думаешь, он действительно заинтересовался работой?
– Конечно! И я почувствовал себя спокойнее. В моем бизнесе не хватает энергии и энтузиазма молодости, а сыну нужно набираться опыта.
– Понимаешь, Луис Альберто достаточно разумный, и тебя это не должно беспокоить. Опыт придет, было бы желание трудиться.
– Да, я согласен с тобой. Сегодня утром в моем кабинете мы втроем были очень счастливы.
– Втроем? – удивился падре Адриан.
– Да! И Марианна была с нами. Мы даже смеялись, шутили.
– Как-то мне Марианна сказала, – заметил священник, – что испытывает к Луису Альберто чувство, сильнее дружбы. Тогда я не задумался над этим, петому что знаю, молодые девушки легко воспламеняются.
– Это так. И мне она говорила то же самое. И я, как и ты, подумал, что это временное увлечение пройдет.
– Кажется, мы с тобою, Альберто, ошиблись. Все намного серьезнее, чем мы думали. Потому что, я почти уверен, что не только Марианна испытывает к Луису Алъберто такие чувства.
– То есть? Что заставило тебя так думать?
– Ну, кое-что в их поведении… Взгляды, жесты, которые не оставляют сомнений. Я хочу дать тебе совет, Альберто. Сделай так, чтобы твой сын и Марианна жили отдельно.
– По-моему, ты ошибаешься, Адриан.
– Дай бог, чтобы я оказался неправ. Последний раз, когда я наставлял твоего сына на путь истинный, он ответил мне, что почувствовал необходимость в перемене, в стимуле, в толчке, что ли, из-за кого бы стоило измениться.