Выкиньте на какое-то время мысли о бизнесе, если возникнут проблемы, постарайтесь не думать о них… Донья Елена, пожалуйста, сделайте так, чтобы его оградить от этого. Сохраняйте спокойствие, и все быстро пройдет, вот увидите. А я завтра загляну, в случае чего, если будет хуже, немедленно мне звоните.
Но дон Альберто никак не мог успокоиться. Мысль о том, что деньги взял родной сын, сразила его: докатиться до того, что красть у собственных родителей. Эта мысль не давала покоя, отгоняя спасительный сон, о котором тут только что толковал врач. Уж какой тут сон?.. Дон Альберто слышал, что врач доверительно говорил жене, что приступ довольно опасный и, если не соблюдать режима, бог знает, к каким серьезным последствиям может привести.
Вызванный по телефону доньей Еленой Луис Альбгрто все допытывался у матери о причине приступа: «У отца были какие-то неприятности? Он перенервничал? Что это могло быть?..» – недоумевал Луис Альберто. И даже к отцу не пустила его: пусть мол, поспит, потом позже… Ничего не дали и расспросы Марианны – девушка рассказала лишь о том, чему стала свидетельницей. А когда позже заглянул Леонардо, она грустно сказала ему, что придется ненадолго отложить венчание.
– После нашей помолвки, – грустно заметил архитектор, – произошло столько событий, что в день свадьбы я просто не поверю, что все позади.
– Ах, Леонардо! Только бы стало лучше дону Альберто. Мне так хотелось, чтобы в тот торжественный день он был вместе с нами! Пусть скорее поправится. Я уверена, он расстроится еще больше, если узнает, что не будет присутствовать в церкви. Подождем?..
Весь день Луис Альберто просидел в библиотеке, все ждал, когда донья Елена позовет его к отцу. Но она спустилась только поздно вечером, заглянула к нему.
– Скажи, мама, что случилось, я чувствую, ты что-то скрываешь от меня.
– Видишь ли, замялась донья Елена, – в последнее время он себя неважно чувствовал, не каждый день ходил на работу.
– Почему ты мне не говоришь правду? – в нетерпении перебил он ее, – уходя, врач сказал нам с Марианной, что отец пережил какое-то сильное потрясение. – Какое же потрясение?
– Нет, нет, это не так, Луис Альберто, уверяю тебя.
– Что же произошло? Я имею право знать. Может быть, его взволновал наш разговор с Марианной? Или какие-то неприятности в конторе?..
– Нет, нет, сын… Но пока я ничего не могу тебе сказать.
– Ты говоришь так, словно отец заболел из-за меня, – Луис Альберто поднялся, – я хочу поговорить с ним.
– Нет, сынок, сейчас не надо его тревожить. Дело в том, что из сейфа пропало пятьсот тысяч песо.
– Пятьсот тысяч песо? – воскликнул Луис Альберто.
– Да, – тяжело вздохнув, ответила мать. – Пятьсот тысяч и еще несколько сотен.
– А ты сообщила в полицию?
– Нет.