Автор
Олеся ринулась на свою маму, словно зверь на добычу. В её взгляде читается ярость и решимость сорвать всю маску уважения и любви. Странный крик разрывал воздух, прерывая тишину дома – это не была обычное семейное конфликтное выражение недовольства, а гнев захлестывающий её душу и сердце....
Если он не оставил завещания, Матвей – его единственный наследник.
– Через два часа мне надо будет на опознание, – продолжает Матвей, – Кто его знает, куда он дел документы. Их не нашли. Необходимо удостоверить его личность. Потом отдадут тело. Нужно будет организовывать похороны.
Мы же говорим о его отце. Сын может относиться к этому иначе.
– Матвей, если меня отпустят, я этим всем займусь сама.
По выражению его глаз понимаю, он не готов ничего сейчас обсуждать.
– Мам, вот только давай не будем. Я в состоянии сходить на опознание, если это надо.
Он уезжает. Ко мне приходит врач, который категорически отказывается меня выписывать. Впрочем, ожидаемо. Мне не двадцать лет, я беременна. С Полей решаем какие вещи мне понадобятся. Она обещает привезти все через пару часов.
Когда Матвей перезванивает, я уже знаю, что услышу.
– Мам, мне предложили забрать тело. Его надо везти в Воронеж. И хоронить, – ноль эмоций у собеседника не может меня обмануть.
Ему очень тяжело. Мне – тоже. И не один из нас не виноват. Савва сам так захотел. А расплачиваемся мы.
Как же все так получилось? Полтора года назад мы все вместе ездили отдыхать. А теперь...
– Меня не выпишут, – не хочу, но голос звучит жалобно.
– Я тебе это сразу сказал. Врачи не возьмут на себя ответственность.
– И все это достанется тебе...
Да за что?
– Мам, я справлюсь.
– Да, – говорю ему, где взять.
Какое-то извращенное чувство юмора у жизни. Деньги, которые давались на аборт, пойдут на похороны.
– И еще одно. Я узнаю, не продал ли он магазины. Если нет... Ты не будешь против, если мы вернемся домой? Не зашла мне Москва, – слышу, что он усмехается.
Мой умный мальчик, который всегда старается удержаться на ногах. Чтобы не произошло.
Прислушиваюсь к себе.
Да, я очень хочу домой. Мне тоже Москва.
– Нет, Матвей, я – не против. Я очень даже за.
Он снова усмехается.
– Вот и договорились.
Он отключается. Я же пытаюсь справиться с чувством вины из-за того, как все вышло. Матвей справится.
А я... Я не виновата. Ни в чем.
Я стараюсь не думать о Савве. Ни к чему это. Лишь бессмысленные терзания. Я не готова анализировать. Должно пройти время. Много времени, чтобы я смогла осмыслить случившееся.
