Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
Раздел Chitat.online для книги «Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Что за хрень ты творишь? Довольно, сгинь!
— А-ааааааа! — ревел Шива, превращаясь из синего бога в фиолетового.
На площади засверкали конструкты. Полыхнул огонь, лизнув мне пятки и опалив левую штанину.
— Твою ж ма-аааать! — выругался я, уже забывая о приличиях.
Мы вошли в штопор, и земля с небом замелькали у меня перед глазами попеременно, вызывая тошноту.
— Никому не атаковать! — прозвенел голос Альбы. — Защитный заслон, сейчас!
И прямо перед нами с Шивой выросла сияющая зеленоватая стена.
С размаху долбанувшись об нее, мы оба рухнули вниз.
Шмяк!
— Даня, я спасу тебя! — раздался голос Оракула.
И я увидел, как он, протянув руки вверх и рванулся к нам. Простыня эпично соскользнула на мостовую, и в этот миг неожиданно крепкие объятия Оракула настигли меня.
— Спокойно, брат, — проговорил он, и щупальца тут же ослабили свою хватку и начали втягиваться обратно мне в грудь. — Успокойся. Все будет хорошо. Все будет…
Мы лежали посреди площади, аккурат между шеренгой чиновников и свитой короля. Вокруг по периметру — парадно сверкающая стража. За огороженной оцеплением серединой бурлило человеческое море.
А на мостовой в свете факелов лежал распластавшийся бог разрушения Шива, в помятой кастрюле на голове и уже без бус. Приглушенно постанывая, он грязно, виртуозно ругался. Прямо не индуистский бог, а русский интеллигент-филолог.
Ощущая спиной каждый камень, я валялся рядом. Мои сапоги красовались на его расстелившейся по каменьям парчовой недоюбке, а сверху, нежно меня приобнимая, лежал, раскинувшись звездочкой, голый Оракул.
Класс!
А потом вокруг стало так тихо, что даже икнуть было страшно.
На нас смотрели все. Мужчины, женщины, боги. Старики и дети. И Стефания тоже смотрела, изумленно вытянув шею и округлив глаза. Гермес беззвучно ржал, вытирая слезы.
И тут в тишине прозвенел счастливый голосок моей кошки
— Это же наш Данечка! Даня вернулся!..
— Как будто это мог быть кто-то другой, — фыркнул Азра с насмешливой улыбкой
— И будет легенды народ наш слагать, как парень один всех заставил посрать, — почти пропел Та’ки, поднимаясь на задние лапы.
— И он не устанет меня удивлять, — не удержавшись от улыбки, в тон ему проговорил Альба, глядя на мое распластанное тело.
Вот жеж блин!..
— Предлагаю сделать вид, что мы его не знаем, — услышал я заговорщицкий шепот Бобра.
Ах ты ж зубастая с-сука!
— Слезь с меня, — просипел я Оракулу.
— Не слезу, — прошептал тот.
— Я сказал, слезь немедленно!
— Но я же голый, — жалобно проговорил тот.
— Да сползай ты, хуже все равно уже не будет! — зашипел я, сталкивая его, наконец, в сторону.
Прикрыв причинное место, он отполз от нас бочком, скрючившись под многочисленными взглядами, как звонарь из Нотр-Дама."
"Кто-то из стражников услужливо набросил на него плащ.
