Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
Раздел Chitat.online для книги «Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Взметнулась вверх, как подхваченный ветром полиэтиленовый пакет, и я едва успел встать между ней и Демкой.
Господи, как же давно мне не было так больно!
— А-ааааа! — заорал я, будто мне к плечу приложили лист раскаленного металла. — Ублюдки тупые, я же местный!..
Полная женщина, обернувшись на нас, только покачала головой и опасливо ускорила шаг.
Ну еще бы. Я бы на ее месте тоже ускорился от таких придурков подальше.
Повернув голову, я взглянул на свое плечо.
Мать честная, да оно же все в крови! Может, тени и выглядят бесплотными, но жрут они более чем натурально.
— Ты-то местный, а вот энергия внутри тебя — не очень, — проговорила Деметра, замедляя шаг.
Но я уже взял себя в руки.
— Ничего, все нормально! Не останавливайся! — прикрикнул я на нее и, закусив губу, прибавил ходу.
Быстрее, еще быстрей! Каждый шаг отдавался болью в плече и прошивал насквозь, но я все равно бежал.
Вскоре мы действительно увидели ограду, залитое солнцем кладбище и маленькую часовню, похожую на зефирку.
В открытые двери часовни виднелись горящие свечи на тяжелых круглых подсвечниках.
Забежав в ворота, мы замерли. Пронаблюдали, как тени, потеряв скорость, проползли мимо — и выдохнули.
— Слава богам, — пробормотал я. — Отцепились."
"— Тебя нужно подлечить, — сказала Демка, но я оттолкнул ее руку.
— С ума сошла? Мы только спрятались!
— Но нельзя же это так оставлять! Ты вообще-то смертный, забыл?
— Ну, от этой ссадины я точно не умру, — кривовато улыбнулся я. — Давайте лучше куда-нибудь вглубь зайдем, чтобы никому глаза не мозолить своими странными и не внушающими доверия рожами. И нужно придумать какой-то план. Потому что вот так носиться по улицам — это, конечно, не дело. Столько внимания к себе привлекаем, что просто караул…
Тут из часовенки вышла пожилая женщина. Осторожно вытянув руку вперед, словно ощупывая воздух перед собой, она внимательно прислушалась к происходящему снаружи, при этом совершенно не обращая внимания на странных посетителей буквально в десятке метров от нее.
Мы, как один, умолкли. А старушка, постояв немного на пороге, медленно перекрестилась и вернулась обратно.
— Слепая, что ли? — шепотом предположил я.
Деметра пожала плечами.
В открытую дверь я видел, как старушка зашуршала внутри часовни, торопливо зажигая свечи и безошибочными, ловкими движениями расставляя их на подсвечниках. Теперь она вовсе не казалась незрячей. В воздухе запахло ладаном.
А потом я почувствовал ЭТО.
Похожее чувство у меня иногда возникало при встрече с богами, когда я еще был совсем зеленым и пустым.
Солнце скрылось за невесть откуда взявшуюся тучу. Воздух стал густым. Он клубился над землей, тяжелой ношей ложился на плечи. И необъяснимое, холодное чувство шевельнулось у меня внутри, перекрывая даже боль в плече.
