Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
Раздел Chitat.online для книги «Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой возвращается в родной мир, принеся с собой хаос из других реальностей. В Вышгороде открылись врата в параллельный мир, Зевс бесится в Верхнем мире, а главный персонаж оказывается в центре междумирного конфликта. Циркус только начинается, и каждый момент может перевернуть все вверх дном.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— То есть ты считаешь, что они получили по заслугам?..
Фемида подняла на меня свой внимательный, пронзительный взгляд."
"— Нет. Я не могу судить, не имея возможности видеть сам предмет. Я лишь говорю, что на моей памяти им обоим не раз приходилось нести наказания за нарушение правил. И потому я не удивлюсь, если приговор был справедливым. С Фортуной мы лично несколько раз довольно остро конфликтовали. Ее легкомысленные симпатии неоднократно отводили от моего карающего меча отпетых преступников, в тот момент, когда их судьба была уже решена, и мойры, наточив ножницы, отмеряли им последние сантиметры судьбы. Характер этой вечно юной богини вздорный и взбалмошный, а сила сокрушительная. И если все это умножить на неуемную потребность вмешиваться не в свои дела, то можно примерно представить себе масштабы бедствия по имени «Фортуна»…
Возглас дворецкого прервал наш разговор.
— Нашел!..
От нетерпения я подорвался с места.
— Ну и?
— Вчера ночью в Ленинградской области были найдены и стабилизированы два объекта. Один из них идет под кодом особой важности, второй имеет предварительную маркировку ноль три дробь четыре. Другими словами, у него минимальный запас энергии, но при этом физически силен и имеет уровень опасности четыре. Они оба сейчас находятся или в резиденции третьего советника в Сестрорецке, или на базе старого кровавого подвала в самом Петербурге. И подготавливаются для дальнейшей транспортировки в Даллас или Лондон, где в данный момент находятся действующие и усовершенствованные кровавые подвалы.
— Это Янус! — обрадовался я. — Все, мы их нашли! Получилось!..
Дворецкий посмотрел на меня, как на умалишенного.
— Даниил, мне кажется, вы не поняли, — с трагическим видом сказал он мне. — Вы их не нашли. Вы их… потеряли. Может быть, как-то с охраной резиденции еще можно попытаться сладить, хотя сейчас на обеспечение безопасности такой ценной добычи наверняка бросят все силы. Но Петербургскую цитадель мы точно войти не сможем. Никак. Это настоящая крепость с несколькими уровнями защиты, которые продумывал еще сам господин Бельский и они безукоризненны! Нам этот Измаил не взять. Я сожалею.
В ответ я только улыбнулся во все лицо.
— А нам и не нужно его брать! Надо только понять, где именно их содержат, в Сестрорецке или в Питере. К счастью, порталы вы открывать не умеете, а значит, чтобы перевезти добычу им самим придется выйти наружу. Нам остается только дождаться момента, когда это произойдет.
Дворецкий хмыкнул.
— Вы думаете, что сможете каким-то образом остановить официальный эскорт, с охраной, автоматчиками и армией теней на поддержке?
— Да, Пётр, — уже совершенно серьезно сказал я.
