В старом джентльменском особняке на Старой Барановке, в солнечную середину осени — пятьдесятилетием, он зазвенел как колокол. Вино стекалось по горлышку, оставляя за собой сладко-терпкий аромат. Я пристально оглядывала уютное кабинетчик с его редкими книгами и чистым портретом знаменитого писаки. Внезапно дверь распахнулась, и в свет забрезжил неожиданный силуэт — тонкие черты лица под легкой шляпой, руки зеленых перчаток скрывающиеся за спиной....
Сначала я нервничала, вздрагивала и пугалась, ощущая его рядом, но потом просто привыкла и перестала на него обращать внимание. Привыкла к его непонятным резким появлениям и таким же быстрым исчезновениям.
Я уже заканчивала декорировать столовую, как совсем рядом раздался голос Гранта.
— Посиди со мной в кабинете… Я кивнула, обернувшись… — Сейчас, минутку…
В кабинете я еще не была. Две комнаты, в которые мне было запрещено заходить (по словам Гранта, они ему и так нравились и он ничего не хотел бы в них менять) были спальня и кабинет.
Я ошеломленно обернулась к Гранту. Он пожал плечами.
— Ну, ты же запрещаешь развлекаться на Земле. Вот приходиться отрабатывать стратегию здесь.
— Спасибо тебе, — миролюбиво поблагодарила я Хранителя, за эти несколько недель (я тщательно следила за Землей) заметно сократилось количество убитых и раненых в войнах и военных конфликтах.
Грант скривился, как будто я не поблагодарила, а нагрубила. Ну что за непредсказуемый человек! Я его совершенно не понимала. Но все же, за эти недели я привыкла к его ненавязчивому присутствию рядом. Не скажу, что мы сильно переплетались эмоциями, но все-таки немного влияли друг на друга.
Аманда немного ревниво восприняла мое решение бывать у Бога Войны.
