Сделка состоялась с выгодой для завода, но еще с большей выгодой для его хозяина. Данильянц заработал на этом полмиллиона долларов и тут же купил у районной администрации в личное пользование другую турбазу – «Дебрянский партизан», переименовав ее в «Серебряный бор».
Затем чете Данильянца – Мочалиной приглянулись парикмахерская в центре Брянска, на проспекте Ленина, которую они купили за смешную цену в пять тысяч «зеленых» (отбив при этом атаки чеченской мафии) у муниципального комитета, жилой дом на улице Жуковского, предназначенный под снос и принесший впоследствии доход в полтора миллиона долларов, магазин «Силуэт», футбольное общество «Машиностроитель» и городское Бюро технической инвентаризации. Последнее – в обход Федерального закона. Недвижимость разворовывалась не без помощи Данильянца, и архивы БТИ понадобились ему для того, чтобы успешно прятать концы в воду.
В досье упоминались еще десятки начинаний Льва Арменовича, и все они сводились к одному: сила Данильянца крепла день ото дня, от него зависела городская администрация, мэр, хозяйственные службы и даже УВД Брянска, подпитывающееся его деньгами.
– Ну, и как он тебе? – прервал воспоминания Крутова Георгий.
– Умный мужик, – признался Егор. – Далеко пойдет, если не остановить. Кто он по национальности?
– Наполовину армянин, на четверть белорус, на четверть еврей. Возможно, есть и другая кровь. А что?
– Ничего, просто поинтересовался. В досье об этом ни слова. Что я должен с ним сделать?
– Пустяк, – улыбнулся Георгий. – Твоя задача через Жорку Мокшина познакомиться с ним и предложить интересное дело.
– Что имеется в виду?
– Так как перевоспитать скучающих лидеров мафий невозможно, надо попытаться предложить им более высокие игры, чтобы они бросили вызов силам, стремящимся дестабилизировать жизнь в стране, сделать ее протекторатом мировых олигархов.
– Уже есть прецеденты. Ты не первый соблазнитель «фаустов». Трафик для этого разработан. Мокшины к тебе приходили?
Сначала к нему прискакал пострадавший Борис Мокшин, выдержавший два дня «искусственной импотенции». Егор как раз вернулся из Жуковки, умылся и собирался совершить с Лизой ежевечерний моцион вдоль пруда.
Борис, естественно, прибыл не один, а с целой бандой «ореликов», среди которых были и обиженные Крутовым «экспроприаторы». Они начали было хамить, сломали скамейку у палисадника, где любили сидеть окрестные старухи, но Егор быстро их утихомирил, даже не переходя в трансовое боевое состояние.
