Коротко вскрикнув, дворянин мигом теряет сознание и падает мешком.
«Это же не по правилам спортивного фехтования» — офигевает Воронов.
«У нас здесь не спорт, а жизнь, где двое нападают на одного, — отмахиваюсь. — Сражайся с этим сам».
Меринин подскакивает, и Воронов, резко развернувшись, отражает удар. Дальше я просто наблюдаю, как легионер теснит противника. Оба фехтовальщика примерно на одном уровне, однако на стороне Воронва физуха. Меринин — кислотник, а значит, сильно уступает мне в физических параметрах. Неудивительно, что после громкого столкновения стали дворянин опять роняет клинок. Ну а дальше я снова беру под контроль тело и одариваю противника хорошим лоу-киком. Ногу отсушивает и Меринин валится как подкошенный.
Я киваю Камиле, чтобы она полечила Злобина. А то еще истечет кровью.
— Спасибо за хороший бой, господа, — усмехаюсь. — Правда, мне всё время казалось, что вы смотрите куда-то не туда. Да, виды у нас красивые, но ведь не стоит забывать о том, где находитесь. Пожалуйста, имейте это в виду.
Внимательно смотрю в глаза Гансову, стоящему в стороне. Пауза затягивается, но и я молчу, не отводя взгляда, и граф наконец мрачно кивает.
— Да, мои люди будут внимательны, — бросает он.
Вот и славно. У нас есть еще пара дней посмотреть на поведение гостей, и если снова обнаружатся огрехи, то не беда, поможем и подкорректируем. Мне несложно. Союзники всё-таки, а не чужие люди.
Следующий день проходит без эксцессов. Гансов со свитой поутихли и постарались вести себя прилично. Меня, честно говоря, удивляло, что для «Тибета» выбрали столь недисциплинированных дворян. Хотя нет, проблемы с дисциплиной вовсе не главное. Вот что поразительно — умом эти парни точно не отличались, раз спорили с Фирсовым.
Я дождался подходящей минуты и задал Устранителю щекотливый вопрос.
— Филинов, почему тебе всегда всё непонятно? — сразу зафырчал Фирсов. — Обойдешься без этого знания.
— Обойтись-то обойдусь, без сомнения. Но я же ваш заместитель, — замечаю. — Вы сами назначили меня. А намного проще выполнять руководящие функции, когда имеешь представление кто под твоим началом.
— Знаешь, я уже начинаю думать, что не того назначил, — Фирсов прищуривает белесые глаза. Характер у старого ликвидатора, конечно, не ахти.
— Тогда, конечно, переназначьте, — безразлично пожимаю плечами. — Но я думал, что главным аргументом моего назначения послужила не моя покладистость, а укомплектованность моей гвардии.
— А разве нет? — я решаю перечислить.
