Сто гвардейцев, из них только двадцать моих. Остальные восемьдесят — бойцы Гансова. Кроме гвардейцев с громобоями, я прихватил с собой двух парящих рептилоидов, Змейку, Дубного, Гумалина и младших жен. Так что в боевом качестве мы не уступим гвардии Гансова.
К вечеру мы достигаем фронтира. Окопные траншеи расположены чуть правее, издали виднеются лишь бетонные пупки дотов. Наша колонна двигается мимо окопных укреплений. Сейчас активные бои с обеих сторон приостановлены, и можно не бояться попасть под артиллерийский залп.
Разбитая снарядами пустошь сменяется ханьскими укреплениями. Вот их уже мы минуем в напряжении. Защитные артефакты активированы, гвардейцы сжимают в руках оружие. Вроде бы полно поводов волноваться. Во-первых, Чжу Сянь мог просто-напросто обмануть Царя. Во-вторых, что-то могло пойти не так, и какой-то ханец случайно спустит курок. Вот поэтому мои жены сейчас и трясутся в напряжении. А я вот нет — мне лень переживать по пустякам.
— Даня, а почему ты такой спокойный? — спрашивает Лена, не отрывая глаза от ханьских дотов и блиндажей вдали.
— А почему бы мне и не быть спокойным? — я зеваю, откинувшись на спинку сидения. Сейчас бы устроить послеобеденный сон, а не вот это вот всё.
— Ну как же! — удивляется Камила. — Ханьцы же рядом. А вдруг бомбанут?
— Ну бомбанут, ну и что? — пожимаю плечами. — Артефакты активированы. Первый залп выдержим, развернемся и поедем домой. Что плохого в том, чтобы вернуться домой?
— Ничего, — опешила Камил. — А как же второй и третий залп.
— Не успеют. Для этого у нас есть секретное оружие, — усмехаюсь. Как в этот момент из тени выглядывает Ломтик и водит мордочкой туда-сюда. Легок на помине. Да-да, щенок и есть мое секретное оружие, правда, вместе со взрывчаткой. Без взрыв-артефактов он просто кудрявый мохнатыш.
Но ханьцы, к счастью для себя, решают не бомбить, и вскоре линия фронта остается позади. По пути забираем проводника из ханьского пропускного пункта. Толстяк Цяо Ши усаживается к нам в бронемобиль, отчего подвеска, кажется, проседает. Блин, целых два сидения ушли под один большой зад азиата. Едем мы вместе с женами, Фиросвым, Гансовым, а салон рассчитан на десять человек, поэтому места хватает даже для настолько жирного рисоеда.
— О, вы и есть убийца Желтоглазого Тигра? — ханец смотрит на Фирсова с таким восхищением, что аж толстые щеки бросились в пляс. Или это из-за кочек?
— Нет, не я, — бурчит ликвидатор, не уточнив кто именно.
