А что делать, если патриархи некоторых родов помнят еще те времена, когда выйти из дома без шляпы, трости и перчаток для мужчины было просто немыслимо! Тому же боярину Громову, между прочим, в следующем году стукнет ни много ни мало сто двадцать лет, и могу поспорить, что эта старая перечница рассчитывает прожить еще лет двадцать как минимум! Что уж тут говорить о традициях…
Впрочем, именно сегодня я готов смириться и с «удавкой» в цвет платью Ольги, и с понтовой заколкой для пластрона, и с запонками, и с печаткой, и даже с тростью… Кстати, об аксессуарах! Чуть не забыл последний штрих… Самое главное!
Лимузин доставил меня к усадьбе Бестужевых точно в назначенное время и, прошелестев широченными шинами по мерзлому гравию подъездной дорожки, остановился напротив Красного крыльца, где уже возвышался замерший в ожидании гостей мажордом… конечно, Хромов. Кому, как не командиру своей гвардии, Бестужев мог доверить такое дело, как встречу гостей. Бедняга! А ведь ему здесь придется торчать почти безвылазно. Сначала он встретит всех «дневных» визитеров, потом их проводит, потом начнет встречать гостей, прибывающих на пир, среди которых, кстати, будут и уже переодевшиеся в соответствующие наряды «дневные» визитеры. На второй круг пойдут, ага.
– Кирилл Николаевич, ра… – Хромов окинул меня взглядом, задержался на руке без перчатки, сжимающей трость, и, еле справившись с собой, все-таки договорил: – Рад приветствовать вас в доме Бестужевых. Прошу…
– Благодарю, Аристарх Макарович. – Я вежливо кивнул и поднялся по лестнице, успев заметить тщательно, но безуспешно скрываемую улыбку гвардейца. А вот принявший у меня в холле пальто и шляпу один из боярских детей Бестужевых справился с собой куда лучше. Каменная физиономия… образец игрока в покер. Ничего-ничего. Еще не вечер. Я попросил подчиненного Хромова забрать из доставившей меня машины рюкзак и, глянув на себя в зеркало, глубоко вздохнув, двинулся к дверям, ведущим в пиршественный зал.
Как и положено, согласно все тому же долбаному этикету и мнению некоторых именитых старперов, я прибыл в тот самый промежуток времени, что и приличествует молодому неженатому мужчине, принятому в доме хозяев пира, то есть чуть позже начала этого… Марлезонского балета. Первой его части, если быть точным.
Ну-с, есть будем еще не скоро, а значит… значит, сейчас я, как положено, должен обойти кучкующихся по залу, разодетых в пух и прах… по последней моде середины прошлого века гостей, поприветствовать знакомых и представиться незнакомым. То, что надо!
Хм, судя по тому, как посматривают на меня окружающие, Ольга уже показывалась гостям.