Я потер виски и, прикрыв глаза, откинулся на спинку дивана. Работать – это хорошо, вопрос в другом. С чего начать? По логике, неплохо было бы допросить уцелевшего визитера, и пообстоятельней, чем первого. А то его коллега, кроме подтверждения участия в слежке, мне ничего толкового не сообщил. Отрубился. Эх, мне бы тогда побольше времени. Впрочем, судя по тому, что мой «клиент» благополучно подох, вряд ли пара-тройка лишних минут сильно мне помогли бы. Расколоть второго подранка я бы за такой срок не успел. Минут за десять-пятнадцать – еще туда-сюда, хоть как-то, но тогда уж точно без следов не обошлось бы, а это не есть гут. М-да, было бы здорово добиться возможности пообщаться с ним сейчас, желательно часа два и без свидетелей, но… кто же мне такое позволит-то? Стоп. А это еще кто?
– Привет, Кирилл. – Ольгу я почуял, когда ее авто почти добралось до ворот моего дома, и встретил свою пассию на пороге. Да, после всех событий я решил, что, несмотря на сложность, буду удерживать чутье постоянно. Можно было бы и раньше, но кто бы знал, как это тяжело. Не физически, нет. Морально тяжело постоянно пребывать в Эфире.
Но тут… в общем, я решил поступиться своим комфортом и наплевать на головную боль, которая гарантирована мне вечером… И начал сразу по выходе из так и не разнесенного в щебень стрелкового клуба. Скажу честно, удерживать в сознании окружающее пространство куда легче сидя в доме на отшибе, чем в городе. Пока добирался до парка, я чуть сознание не потерял от количества информации, что на меня свалилось. Но ничего, справился. Даже головную боль сумел угомонить. А сегодня мне уже даже почти не нужно следить за тем, чтобы чутье работало постоянно. Правда, к вечеру усталость все-таки дала о себе знать, и это притом, что весь этот субботний день я просидел дома. А уж что будет, когда придется выйти со включенной чуйкой в людные места… бр-р. С другой стороны, иного выхода у меня все равно нет, а значит… справлюсь. Не впервой.
Поцеловав девушку, я обменялся приветственным кивком с сопровождавшим ее Хромовым, пригласил обоих в дом, и пока гвардеец Бестужевых устраивался за столом, мы с Ольгой, не сговариваясь, взялись за приготовление чая. К счастью, самовар у меня был горячий, так что осталось только чуть-чуть его подогреть, да бросить свежей заварки в чайник. Чем я и занялся, пока Ольга перерывала шкафы и холодильник в поиске сластей и печива.
– Ты какой-то заморенный, Кирюш. Что-то случилось? – поинтересовалась Оля, когда мы устроились на лавках, а в руках у нас появились огромные цветастые кружки с горячим дегтярно-черным чаем, сдобренным малиновым листом и мятой.
– Ты же меня знаешь, Оленька, – вздохнул я, разводя руками. – Со мной постоянно что-то случается.