Росомаха – не белка, в колесе не бегает
Ольга проводила взглядом устало забирающихся на заднее сиденье вездехода близняшек и, махнув им на прощание рукой, побрела обратно в дом. Сегодня Кирилл превзошел самого себя… в учительском рвении. Так за все недолгое время занятий у него девушки еще никогда не выматывались. Бестужева прикусила губу и вздохнула. Можно было бы предположить, что этому «авралу» поспособствовали новости о грядущем визите одного из старших Громовых, назначенном на двадцать пятое число… но высказанное вслух предположение об этом Кирилл встретил абсолютно равнодушно. Точнее, как подсказывала установившаяся между ними связь, причины нервного состояния, в котором находился нареченный и которое он всеми силами скрывал от окружающих, были в чем-то другом… Ольга задумчиво провела рукой по длинной царапине, неизвестно когда успевшей «украсить» обеденный стол, и нахмурилась. Этого не было в ее прошлый визит.
Взгляд девушки заскользил по комнате, наткнулся на треснувший камень в каминной кладке, потом на треснувший подоконник… если можно так назвать дубовую доску двух дюймов толщиной… и ряд широких, еще свежих царапин на деревянной обшивке потолка, словно оставленные когтями гигантской кошачьей лапы, а потом взгляд уперся в новенький чайный сервиз, из которого их компания сегодня пила чай. Последней каплей стал замеченный боярышней помятый бок любимого самовара хозяина дома. Что здесь произошло?!
Тряхнув головой, Ольга решительно… но медленно двинулась к выходу на веранду. Быстро после сегодняшнего занятия у нее все равно не получилось бы. Зато с решительностью все было в порядке.
Распахнув настежь дверь, в которую тут же с радостным свистом устремился холодный ноябрьский ветер, Ольга шагнула на порог и… застыла на месте.
Кирилл, закрыв глаза, медленно, стелящимся шагом перемещался по песчаной площадке своего импровизированного полигона, а вокруг него… сначала Ольга приняла этот блеск за один из «активных» щитов Воды, но тут же усомнилась. Во-первых, для формирования «капель» боец должен иметь статус не ниже воя, во-вторых, эти самые «капли» должны вращаться вокруг тела стихийника, а не следовать за его ладонями, а в-третьих… ну не гудит этот щит, как растревоженный пчелиный рой.
Словно почувствовав, что за ним наблюдают, Кирилл остановился, и мерцающие всполохи вокруг рук исчезли, оказавшись двумя странно изогнутыми ножами, рукояти которых сами собой легли ему в ладони… впрочем, почему «словно»? Именно почувствовал. Юноша обернулся к наблюдающей за ним Ольге и улыбнулся. Только сейчас она поняла, что не чувствует в нем той взвинченности, переходящей в раздражение, которой он «фонил» весь урок.