Небольшой городок Чаперк в окрестностях столицы европейской страны только что получившей независимость. В пятницу 16 сентября гостиную двухкомнатного номера заполнили два мужчины: старик с костюмом, дорогим перстнем и ухоженной шевелюрой, и молодой человек в черных брюках и белой рубашке....
На полной скорости. А шла иномарка километров сто двадцать. Понятно, что шансов у водилы «япошки» не было никаких.
Карахан проговорил:
– Водителя «КамАЗа» теперь, наверное, посадят?
Парень усмехнулся:
– Было бы кого сажать, то посадили бы!
– Что ты имеешь в виду?
– А то, что исчез камазист. Испарился. А сам самосвал, краем уха от гаишников услышал, с утра в угоне числится. Видно, не простая авария. Но это не наше дело. Менты разберутся.
– Ты прав! Значит, скоро освободят дорогу?
– Должны!
Парень, сплюнув на обочину, сел в автомобиль «семерки», где его дожидалась такая же молодая женщина.
Спустя пятнадцать минут Карахан въехал на территорию усадьбы Каландина.
"Остановил первого попавшегося охранника, приказал проводить его к хозяину усадьбы. Тот по рации связался с каким-то сослуживцем. Вскоре к Карахану подошел коренастый казак:
– А, знакомый кавказец? А где Есаул со своей бандой? Подойдут позже? Без них на хуторе скучно.
Ваха спросил:
– Ты кто?
– Я-то? Я теперь помощник и начальник охраны господина Каландина. Николай Алексеевич Мельников, к сожалению, сегодня погиб в автокатастрофе.
– Знаю!
– Откуда?
– Ехал из Ростова, видел искореженную иномарку Мельника и его труп на обочине.
– Понятно! Говорят, он в «КамАЗ» врезался?
– Да, в самосвал! Но, смотрю, ты особо не скорбишь по своему бывшему начальнику.
– Мы не дети, чтобы плакать. Казак держит свою боль внутри.
