Телепаты вызывают страх и ненависть у обычных людей. Главный герой, обладающий мощными телепатическими способностями, любит подшутить над окружающими, но его забавы оборачиваются серьёзными последствиями. В одиннадцатом томе саги развивается конфликт между миром людей и телепатов, где...
Раздел Chitat.online для книги «#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 11 (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Телепаты вызывают страх и ненависть у обычных людей. Главный герой, обладающий мощными телепатическими способностями, любит подшутить над окружающими, но его забавы оборачиваются серьёзными последствиями. В одиннадцатом томе саги развивается конфликт между миром людей и телепатов, где...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Телепаты вызывают страх и ненависть у обычных людей. Главный герой, обладающий мощными телепатическими способностями, любит подшутить над окружающими, но его забавы оборачиваются серьёзными последствиями. В одиннадцатом томе саги развивается конфликт между миром людей и телепатов, где...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Родные стены милее любого пятизвездочного отеля. Быстренько общаюсь с Кирой и Гепарой. Девушки выглядят счастливыми оттого, что увидели нас со Светой, пускай и ненадолго.
Вечером я уже сижу в гостиной графа Опчикарского. Ждать приходится минут двадцать, что считается невежливым поведением со стороны хозяина, но, возможно, у Мерзлотника срочные дела, я не буду строгим."
"— Здравствуйте, — на пороге возникает седобородый дед с холодными словно льдины глазами. Брезгливым взглядом очень напоминает Фирсова. Мне даже почудилось, что это брат-близнец моего любимого учителя. — Данила Степанович, верно?
— Верно, Семен Глебович, — поднимаюсь с кресла. — Я заглянул для знакомства с вами и осмотра вашей внучки. Вас должны были предупредить.
— Предупреждали, как же, — недовольно бросает старик. Он подходит ближе и осматривает меня словно грязного жука, не торопясь протягивать руку. Но всё же протягивает. Пальцы у деда ледяные как у мертвеца. — Вы свое дело сделали. Мы познакомились, а потому можете возвращаться в свою Кастрюльщину. Я прибуду завтра-послезавтра.
— Уважаемый, во-первых, в Сковородщину, — поправляю. — Во-вторых, Владислав Владимирович просил меня осмотреть вашу внучку.
— Этого не требуется, — морщится Мерзлотник. — Вы свободны.
Мда, такое ощущение, что в его прозвище буква «л» лишняя. Без нее позывной отлично отражал бы характер деда.
— На самом деле нет, — качаю головой. — Не свободен.
Мы встречаемся взглядами, и от старика веет такой стужей, что хочется передернуть плечами. Но я лишь «включаю» Дубного и увеличиваю температуру воздуха вокруг себя. Обогрев занимает пару секунд.
— Будешь спорить со мной, Филинов? — низким голосом спрашивает Мерзлотник.
— Буду, — киваю и тоже перехожу на «ты»: — У нас с тобой, дед, есть легенда прикрытия: я лечил твою внучку, и на этой почве мы с тобой сдружились. Для аутентичности я должен хотя бы раз увидеть вживую сударыню Опчикарскую, уже не говоря о том, чтобы просканировать болезнь. Иначе меня кто-то может подловить расспросами о внешности или состоянии сударыни. Ты ведь не хочешь сорвать возлагаемые на нас Царем миссии?
Старик молчит. Злые белые глаза блестят как снег на солнце.
— Сегодня у меня еще дела есть, — тороплю ледовика с решением.
— Ладно, — шипит он. — Пойдем, Филинов. Но пробудешь ты там не больше минуты.
Cледую за стариком на второй этаж и дальше вглубь дома. Этажей в усадьбе всего два, со стороны фасада выглядит она небольшой. Но как оказалось, дом просто узкий и низенький, зато в длину даст маху любому дворцу. Интересная планировка.
Мы подходим к комнате, двери которой сторожат аж два гвардейца. Причем оба физика, сильные бойцы. Офигеть, защита. А главное, зачем? У деда или паранойя или очень своеобразные враги.
