В этом творении невский замок становится не просто backdropом, а центром волшебного мира. Невинск дышит легкой мистикой и теплотой, где младенец Олежек смотрит в потолок с удивлением, хотя его первый мир еще далек от взрослого понимания. Головки мамы и телепата пересекаются над ним словно обступают изгибы крепкой защиты, но сам он продолжает пускать волны своей первобытной любознательности, окунаясь в неизведанное....
Я отпускаю контроль, возвращаясь в своё тело.
Сижу в машине. За окном медленно плывут огни улиц, но я их почти не замечаю.
Семибоярщина продолжает раскачивать ситуацию. Они не ожидали, что Феанор зайдёт так далеко, но их цель была ясна — спровоцировать. И им это удалось. Теперь главное сделать так, чтобы последствия этого удара легли не на мою семью, а на Семибоярщину.
Картина становится ясной, куски пазла встают на места.
Допустим, версия с подставой верна. Что хотели получить Воробьёвы?
Скандал. Но не просто скандал, а повод для официального разбирательства.
Дальше Воробьёв возвращается домой, где ему аккуратно чистят память: стирают фразу про «ослиные уши», оставляя только ту часть, где страшный и злобный альв, без причины и предупреждения, бьет ему по роже.
Все провокации — стерты.
А дальше начнется вой Воробьевых. Жалобы в Охранку, в Совет, в Кремль.
Феанор, конечно, помнил бы правду, но и тут у Воробьёвых была лазейка: заявить, что альвийская магия вмешалась и подделала его воспоминания."
"Любой телепат-следователь легко определил бы их подлинность. Но попробуй это докажи, когда речь идёт об иномирянах. Скажут: «Откуда нам знать, что магия остроухих не способна искривлять их воспоминания!»
Слухи работают на того, кто их запускает.
А дальше бюрократия: расследования, допросы, заседания. Они могли тянуть это неделями а то и месяцами. Пока идёт следствие, я бы никуда не уехал, не смог бы зачистить гулей в Междуречье. Просто потому что у меня полно иномирян в гвардии, и если один типа мясник, то и другие могут быть тоже, а значит нельзя им давать свободу перемещения по Царству.
Они не ожидали, что Феанор зайдёт так далеко, и Семен Воробьев ляжет пластом.
Теперь Семён Воробьёв лежит в моём доме. Его память не зачищена, никто не правил его воспоминания, никто не стер фразу про «ослиные уши», никто не заставил забыть собственный наезд. Всё, что он сказал, надёжно сидит у него в голове, как заноза под кожей.
И это сильно меняет ситуацию.
Бояре явно рассчитывали на другое.
![Обложка книги Гроза ада (БЕСсильный чемпион) [Компиляция 1-7]](/uploads/posts/images/1/groza-ada-bessilnyi-chempion-kompiliatsiia-1-7.jpg)
