В тиши комнаты заполыхивает мерцающий свет, будто тысячи маленьких звезд. Гюрза смотрит на паука, склонившегося над бумагой и чернилами — признака того, что он готовится к очередной газлайтер-демонстрации. Но ясность тут не место: мыслеречь дает о себе знать в самых неожиданных местах....
Обрушиваю псиудар сразу на двоих — тех, что с ножами, — и они валятся на землю одновременно, без крика, без сопротивления, как куклы с перерезанными нитями, и, не теряя ни секунды, поднимаю их обратно — в виде нежити, потому что уже замечаю, как один из оставшихся тянется к их телам, некромант, с характерным энергетическим всплеском, собирался оживить — да не успел, хаха. В Лабиринте Первозданной Тьмы хлебалом не щёлкают.
И в этом был свой фарс. Мертвецы встают, и некромант хлопает в ладоши, сияет, как школьник на утреннике, уверенный, что всё получилось именно у него, что именно он поднял себе солдат и шашлык в придачу.
Оставшиеся двое узников отшатываются и собираются драпать. Явно умные безумцы, и я чувствую в них энергетические отголоски некромантии. Тоже попытались поднять трупы, но сообразили, что не получилось. Потому и разворачиваются к пустому проходу, да в следующую секунду их разрубает подскочившая Змейка.
И на этом всё.
Я мысленно кидаю команду мертвецам:
— Топайте прочь.
Мертвецы разворачиваются и покорно исчезают в глубину туннеля. Гюрзу явно поразило, что я ещё и некромантию использую, хотя, постойте, нет, кажется, она не поняла, что случилось.
— Данила, почему они натравили умертвий друг на друга? — в раздумьях спрашивает леди-дроу.
— Обезумили в темноте и не соображают, — пожимаю плечами.
Леди Гюрза, конечно, милая и ради меня бросилась под пулю на празднике, но лучше сохранить побольше козырей в тайне от Змеиного рода.
А тот бородач всё так же сидит. Только теперь водит туда-сюда белёсые, ослепшие глаза из стороны в сторону. Змейка уже получила приказ его не трогать, потому отходит в сторонку вытереть когти об стену. Сейчас замечаю, что у него нога сочится кровью. Потому, видимо, здоровяк и не боролся — решил что раз ходить не могу то и сдамся судьбе.
Гюрза смотрит на безумного бородача брезгливо:
— А этого почему не добьёшь, Данила?
— А я детей не убиваю, — замечаю.
Гюрза вскидывает правую бровь и недоумённо смотрит на того, кто сидит в пыли лабиринта. Массивный, бородатый, под два метра ростом. Грудь в шрамах и рубцах, пальцы обкусанные до крови, ногти обломанные, глаза стеклянные.
— Я бы не сказала, что он ребёнок, — замечает она.
![Обложка книги Гроза ада (БЕСсильный чемпион) [Компиляция 1-7]](/uploads/posts/images/1/groza-ada-bessilnyi-chempion-kompiliatsiia-1-7.jpg)
