Но на поддержку приехали ребята, вызванные группой сопровождения, так что единственный, кто увидел наследника без личины из не допущенных к государственной тайне — простолюдин Мирный.
— И что с ним сделали твои бравые бойцы? — уточнил император. — В Лубянку засунули, небось?
Боярин нервно дернул щекой вместо ответа.
— Ладно, понимаю, — произнес государь. — А когда вытащили оттуда, что дальше было?
— Его Высочество пообщался с молодым человеком. После чего они оба вернулись в университет.
— И что молодой человек попросил за свой неоценимый вклад в сохранение моей династии? — прищурился государь. — Только не надо кокетничать и говорить, что ничего не знаешь. Ты не красна девица на свидании.
— Он ничего не попросил, государь, — ответил Нарышкин.
Император немного растерянно помолчал.
— Как «ничего»? Совсем «ничего»? — переспросил Дмитрий Алексеевич.
Боярин лишь развел руками.
— А ему хоть предлагали? — с сомнением уточнил государь.
— Насколько я знаю — да, — кивнул Виктор Сергеевич. — Цесаревич лично предложил выбрать награду. Молодой человек отказался.
— Ой дура-а-ак… — протянул император, прикрыв глаза. — Ой дура-а-ак…
Нарышкин, в принципе, тоже считал, что Мирный не особенно умный в делах политических, но благоразумно промолчал. И правильно сделал, потому что, как оказалось, Его Величество говорил не о простолюдине.
— Витя, да ты хоть представляешь, что будет, если эта история всплывет? Какими шикарными прозвищами нарекут следующего императора? «Скупой» и «Неблагодарный» будут самыми милыми словечками в списке, — заговорил Дмитрий Алексеевич.
Государь Российской империи тяжело вздохнул и откинулся в кресле, задумчиво барабаня по столешнице. Молчание затягивалось, тишина начинала давить, и Нарышкин уже подумал, что пронесло, когда император задал самый главный вопрос:
— А кто стрелял-то, Витя?
Боярин раздраженно дернул щекой:
— Хороший снайпер работал, государь. Дорогой, военный. Такого себе мало кто может позволить, — ответил Нарышкин, после чего добавил уже тише: — Если ты понимаешь, о чем я говорю, государь.
— Понимаю, — протянул император, рассматривая узор на стене за спиной Нарышкина, — от чего ж не понять.
А затем Его Величество перевел тяжелый взгляд на боярина и произнес:
— Понимания мало. Нужно доказать, Витя. Сможешь доказать — дам тебе княжеский титул. А не сможешь… — государь сделал паузу. — Ну, ты и сам все знаешь, что я тебе буду рассказывать.
Нарышкин нервно сглотнул, думая о том, что с одной стороны вроде бы пронесло. А с другой стороны все стало еще хуже.
Императорский Московский Университет, Александр Мирный
Состояние беспамятства — не самый мой любимый вид отдыха, прямо скажем.