Смутно припоминающие собой Иосифлянок и по-прежнему несущие гнет социальных различий бабушкины лавочки теперь стали местами встреч и отдыха. Боярышня Дуняша задает провокационный вопрос о равенстве, став центром внимания в новом пространстве, где уют и удобства делают каждый уголок домашним....
Похоже, «Боярышня Дуняша 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На негнущихся ногах она подошла к девочке.
— Дуся, дай копеечку, — попросила она, — а то тётка заругает меня.
— … — Дуня смотрела на неё, не в силах вымолвить ни слова. Еле выдавила из себя:
— Что? Ксюша? Ты?
Малышка смотрела на неё голубыми глазёнками и переминалась с ноги на ногу. Боярышня шокировано смотрела на её ножки, покрытые язвочками — и неожиданно для всех подхватила девочку на руки. Та оказалась тяжеловата для неё, но Дуня ни за что не отпустила бы свою ношу.
— Господи, как же так? — шептала она, стараясь поскорее уйти с этой площади и при этом как-нибудь обмотать девочку своей одёжей.
— Дитё украли!!! — завизжало где-то рядом, и Дуня поднажала, но поскользнулась и вместе с ношей рухнула. Еле извернулась, чтобы Ксюшка упала на неё. На них надвинулась тень, но это оказался Семён, а на него уже наскакивала какая-то баба и подтягивались люди.
— Ох-хо-хо, — простонала Дуня, но вновь спросила девочку: — Ты же Ксюша? Ксюша Совина?
— Не помню.
— А сестру твою как звали, помнишь?
— Мотька.
— Кого ещё помнишь?
— Тятю и мамку.
— Хорошо.
— А я Ксюха, а не Ксюша, — вдруг поправила Дуню малышка.
— Ах ты, моя умница! Ну теперь мы с тобой повоюем! Потерпи немного, сейчас Семён всех раскидает и…
— Это ж лазутчик, ратуйте, люди!
— И воровку держите! Она мою дитятку украла!
Дуня видела, что Семёну не справится, а если оружие доставать и кровь лить, то ситуация обострится до крайности. Она выпрямилась и постаралась призвать всех к порядку:
— Да как вы смеете на боярина руку поднимать? А ну прочь!
Кто-то отступил, но всего лишь на шажок.
— Никакой это не боярин! Вы на его разбойную рожу посмотрите даром, что молодой! И она прохиндейка! Одёжка-то не по плечу, да и драная.
— Точно, тать это и лазутчик! А девка заграбасталка!
— Да кого вы слушаете? — грозно сверкала очами Дуня. — Я именитая боярышня!
— Боярышни не такие! Они все красавицы, одна лепше другой! А ты задохлик какой-то, тьфу! Да и срамно одета для боярышни.
У Дуни начали отнимать Ксюшу, но та больно кусала чужие руки и тут с одной стороны подоспела стража, а с другой Афанасий с Гришкой.
Дальше всё было как в тумане. Уже вечером Дуняша невнятно бросила родным, что их всех повязали и дело шили, потом захихикала и еле отпоили её.
Соломония сама ополоснула холодной водицей лицо Дуняше, читая наговор, а после отослала её спать. Всем было понятно, что девчонка перепугалась и несёт околесицу.
Дуня и правда испытала стресс и находилась в нездорово-возбужденном состоянии.
