Тоня стесненно прижимала руки к груди, каждый звук из палаты соседей усиленный болью сердца. Антонина Сергеевна только что сообщила о медикаментозной операции завтра, и все знали, насколько это сложно для женщин в трудном положении. Но решение было таким же тяжелым как и болезнь — работа требовала бы от Тони большего....
Похоже, «Боярышня Дуняша» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ей хотелось быть непредвзятой и справедливой, но в результате не удавалось занять какую-либо твердую позицию в отношении Москвы, Новгорода, Смоленска или Твери. А здесь и сейчас такого не понимали и не любили.
Вон Машка сразу для себя что-то уяснила и будет стоять на этом, а Дуня всё учитывает, взвешивает, раскладывает по полочкам… Права ли?
И всё же Дуняша сумела сообразить, что ничего не помнит о нынешней жене Ивана Васильевича. Пока Маша не начала рассказывать о ней, то Дуня даже не задумывалась, что не читала о Марии Борисовне никаких романов.
Дуня старательно скрипела мозгами, пытаясь вспомнить княгинь Московского царства-государства… и в памяти выплыла Зоя Палеолог! Эта девица станет матерью следующего великого князя, а он уже родит всем известного Ивана Васильевича Грозного.
И что же получается? Мария Борисовна и встретившийся Маше маленький княжич умрут?
— Машунь, а здоровой ли выглядела великая княжна?
Сестра удивилась и после недолгого размышления неуверенно пожала плечами:
— Бледная и усталая, а так вроде здорова.
"— Но она же молода?
— Ей уж двадцать четыре вроде бы, а может, больше…
Дуня сглотнула. В двадцать четыре быть великой княгиней и при этом выглядеть бледной и усталой? Вон, Дунина мама боярыня Милослава чуть старше и родила уже троих, не считая выкидыша, а пышет здоровьем!
Неужели травят? Но кому могла бы помешать Мария Борисовна? Боярам? Так овдовев, князь на их дочерей даже не посмотрит.
Тогда быть может подсылы князей самостоятельных княжеств изводят жену Ивана Васильевича, освобождая местечко? Но политика сейчас такова, что с ними Москве выгоднее враждовать и грубо подмять под себя, а не невесту у них брать.
Дуня нахмурилась и ещё немного подумав, решила, что это не её дело. Она слишком мала даже для того, чтобы разобраться во взаимоотношениях московских партиях, а чтобы понять, что делается в княжеской семье, уйдёт немало времени, а его, похоже, у Марии Борисовны уже нет.
Дуня почувствовала себя предательницей, но тут же напомнила себе, что пока что даже не решила проблему с Митькой, а чуть не поставила себе новую цель. Нет, надо рубить сук по себе. Она вздохнула и предложила Маше заняться интересным делом, которое задумала ещё когда они все вместе собирали шишки, веточки, мох…
— Понимаешь, я хочу украсить наш дом всякими штучками, а для этого надо подготовить ткань.
