Тоня стесненно прижимала руки к груди, каждый звук из палаты соседей усиленный болью сердца. Антонина Сергеевна только что сообщила о медикаментозной операции завтра, и все знали, насколько это сложно для женщин в трудном положении. Но решение было таким же тяжелым как и болезнь — работа требовала бы от Тони большего....
Похоже, «Боярышня Дуняша» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но как раз в этот период стремление помогать осталось, а вот вдумчивый подход к помощи, который помог бы нуждающимся встать на ноги потерялся по разным причинам.
О мастерстве. Очень многие правители умели что-то мастерить. Кто-то любил копать и строить замки, кто-то шить перчатки, делать украшения, выращивать розы, выводить новые породы животных, строить механизмы, но самым разносторонним мастером был Петр 1. Это шло с древних времен и, честно говоря, не знаю, когда вдруг королям стало стыдно показывать владение ремеслом.
ГЛАВА 4
Народ оживился и стал подтягиваться на шум.
— Чего там деется, люди добрые? — спрашивали прохожие.
— Отроковица прицепилась к Якимке юродивому!
— Да как же можно? Такая злыдня?
— Не, ей непонятно, почему он дурачок!
— Так розгами вразумить!
— Кого? Отроковицу или блаженного?
Народ притих, задумавшись, а тем временем кто-то вспомнил, что не так давно эта малявка заставила прозреть одну бабу.
— Точно, она это была! — распалялся кто-то в толпе, пока убогие и калечные с жадностью следили за происходящим.
— Ну, чего глупости мелете? — прервали нарастающий гул погорельцы, что совсем недавно пришли сюда и надеялись не задержаться. — Всем тут известно, что нечестной та баба была, а боярышня поняла это и пальчиком своим указала.
— А сейчас чего она к Якимке лезет?
Народ встал плотнее, видя, что боярин остановился и сейчас будет говорить. Многие даже дышать перестали, чтобы ничего не упустить.
— Дунька! — взревел солидный боярин, но махонькая боярышня даже головы не повернула.
К нему обеспокоенно метнулась прехорошенькая отроковица постарше, но поняв, что грозный боярин её даже не замечает, подбежала к малышке и, встав за её спиной, положила руки ей на плечи, прижимая к себе.
— Ишь, боярин-то рассвирепел! — воодушевлённо зашумел народ. — А старшенькая защищает…
— Сопли подтёр! — раздался звонкий голосок малявки и люди подались вперёд. Интересно им! Открутит ей уши боярин или нет? А юродивый скажет ей чёрное слово или нет? И откуда он только взялся? Раньше никто не видел его.
А бугай неловко топтался, оглядывался в поисках поддержки, а потом мазнул грязным рукавом по лицу и вновь стал корчить рожи.
— Кто таков? — вопросила малявка и парня толкнули в спину, чтобы не задерживался с ответом.
— Это Якимка! — крикнули в толпе.
Здоровяк непонимающе смотрел на неё, но когда услышал своё имя, то повторил:
— Якимка я, — прогудел он, и прижав руки к груди, бухнулся на колени.
