Ночь за окном разлилась холодным синим светом, и Тоня закрыла глаза от боли в груди. Её соседки вертели страницы книг или шептались о работе, но Тоня держала руку на своем сердце, пытаясь прочувствовать тайны ближних и далёких.
Похоже, «Боярышня Дуняша (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ты…
— Наталия Алексеевна, ты всегда добра была ко мне, — начала Дуня, понимая, что ближняя
княгини слишком растеряна и не знает, что делать с ребёнком, подслушавшим важный
разговор.
А Дуня пыталась подобрать слова, чтобы ясно и четко показать, что нельзя связываться с
Аграфеной. Ведь даже просто сходить к ворожее значило опоганить себя! Это же какой повод
для шантажа и готовое объяснение для всех заинтересованных лиц, почему княгиня не может
больше родить.
— Дуняша…
— Погоди, Наталия Алексеевна, — оборвала её девочка.
недавно я подобрала на паперти рослого парня, которого обманули местные разбойнички и чуть
не подвели под кнут?
Женщина кивнула.
— Они ловко наболтали всякой чуши и смотрели на него честными глазами. Татям не
хотелось убивать дурачка, потому что пошел бы слух и люди озлились бы на них за него, так
они хитростью подвели его под монастырь.
— Я не понимаю, к чему, — начала говорить Наталия, а Дуню вдруг осенило, что Аграфена
не ради шантажа заставляет Наталию встрять в компрометирующую историю!
И никто не будет обвинять Марию Борисовну в порченности и колдовстве.
Старая княгиня не будет мелочиться и устраивать травлю невестки с непредсказуемым
концом, не тот человек. Тут не борьба за первенство!
Княгиня-мать оставила главенствующую роль за собой — и молодая княгиня смирилась. Так
что не зачем устраивать чёрную пиар-компанию, чтобы понизить статус невестки, а вот
убрать… совсем убрать неугодную жену сына…
Дуня поперхнулась от того, до чего додумалась.
воспоминание из истории. У князя будет вторая жена! Хитрая и расчетливая византийская
царевна из Палеологов. И ослепленная злобой и неприязнью старая княгиня сейчас изводит не
только неугодную ей жену сына, но и своего внука! Палеолог пойдет на всё, чтобы на трон сели
её дети, а не пасынок.
Вот так-то!
Дуня с ужасом посмотрела на Наталию и та, словно угадывая незавидную судьбу своей
покровительницы, осевшим голосом велела:
— Говори! Не молчи!
Дуня кивнула, но начала издалека, не имея сил напрямую обвинить старую княгиню в
затеянном ею душегубстве:
— Около двухсот лет тому назад был отравлен император латинской империи.
отраву из рук того, кому доверял. Знал ли соратник и друг, что даёт яд своему покровителю, я
не знаю.
