Автор
В далекой колонии Файтарла-Ата жестокие битвы за ресурсы разгораются на фоне зеленовато-вишневых ландшафтов. Контурный привод, возможно, передан от инопланетной цивилизации, делает боевые действия здесь невероятно опасными и захватывающими. Здесь все зависит от стратегии и слаженной работы команды в этой жестокой экосистеме....
Храп Птурса на переднем сиденье? Теплые пальцы Инги в его руке? Молчание Кро? Или сам Данвейт, который полагалось защищать уже не как наемнику лоона эо, а ради живущих здесь людей? Мир, не желавший, чтобы он его покинул…
Открылся проход меж силовых щитов, что огораживали базу, сани сбросили скорость и поплыли над ответвлением дороги, ведущим к башне Планировщика. Ночь только начиналась, и казармы патрульных были пусты: одни в полете, другие празднуют победу и вспоминают погибших друзей. Редкие окна сияли светом, в прохладном воздухе плыл запах цветов кайсейры и мельтешили плуми — похоже, был вылет молодняка, и старшие обучали юное потомство искусству высшего пилотажа.
Их транспорт замер перед широкой лестницей. Птурс всхрапнул в последний раз, протер кулаками глаза и с сопеньем полез из саней. Кро приподнялся, опираясь протезом о невысокий бортик, запрокинул голову, разглядывая две фигуры у входа. Экипаж «Ланселота» ждали, кажется, Третий в зеленой одежде и Первый в синей. Это само по себе было событием; Первый отвечал за связь с Хозяевами, а с людьми почти не общался.
К щеке Вальдеса прикоснулись губы Инги:
— Спасибо, — шепнула она. — Это был чудесный вечер.
— Птурс, старый пень, напоил тебя, тхара. Поезжай к себе в санях.
Она негромко рассмеялась:
— Все уже в порядке. Или я не русская? Или не с фронтира? У нас, знаешь ли, крепкие головы.
Инга ушла. Стоя у лестницы, Вальдес смотрел, как исчезает в тенях и сумраке ее легкий силуэт. Лунные лучи падали с небес, и в этом призрачном зыбком свете она так походила на Занту! Сердце его сжалось.
У дверей Птурс, размахивая руками, точно ветряная мельница, скандалил с Третьим. Кро с усмешкой прислушивался к спору. Первый Регистратор не принимал в нем участия, стоял с безразличным видом, разглядывал свои башмаки.
— Деньга за это плачена! Понимаешь, ты, футляр с мозгами? — во всю глотку орал Птурс. — Песо, пиастры, тугрики, Вьетнам твою мать! Люди денежки платят, чтобы напиться и кайф словить, а ты мне этакую гадость предлагаешь!
— При всем уважении к вашим обычаям, Защитник… — Третий поклонился.
— Это кто не в состоянии? — прорычал Птурс. — Может, скажешь еще, что я на ногах не держусь? Что в зенках у меня двоится? Что я помочился мимо дыры? Что…
— Очень важная беседа с Планировщиком, — гнул свое Третий.
