Автор
В тревожном кромешнике тыща звёзд озаряет ночной ландшафт, а пугающий мрак за пределами угрожает проникнуть в душу. Побег из опасной лабиринта требует не только храбрости и быстроты, но и правильного шага — каждый след может быть последним.
Если бы с этим была хотя бы небольшая задержка…
Девушка запнулась, словно одернула себя и, приподняв уголки губ в осторожной улыбке, произнесла уже другое:
— С вашим братом все будет хорошо. Конечно, опять-таки, вам об этом лучше с врачами поговорить, но я слышала, что поскольку он альфа, со временем сможет полностью прийти в себя.
Поставив стакан на стол, я опять легла на кровать и сделала несколько глубоких вдохов.
— Пока что старайтесь не подниматься с кровати. У вас много ушибов, сильный вывих ноги, глубокие порезы.
Девушка еще сказала, что меня уже осматривали врачи. К сожалению, из-за нового оползня увести меня в больницу не смогли, но скоро они вновь наведаются сюда.
Мои мысли все еще путались, рвались. Но я даже толком сосредоточиться на них не могла, ведь чувствовала себя настолько ужасно, что, пытаясь подняться с кровати, чтобы сходить в уборную, тут же рухнула на пол. Оказалось, что у меня лодыжка на левой ноге напухла.
Вчера из-за паники и ужаса, физические ощущения были незаметными. А сейчас, оставшись с ними один на один, я будто бы с ума сходила. Ломалась на части при каждом малейшем движении и даже вдохе.
* * *Ближе к вечеру приехал отец. Учитывая то, что погода особо не улучшилась, это ему стоило не малого, но, когда он, вошел в мой домик, я, задерживая дыхание, неотрывно посмотрела на него. Чувствуя, как сердце сжалось и заныло.
Этого не произошло лишь по той причине, что отец успел подхватить меня и усадить обратно на кровать. Мягко. Бережно и аккуратно. Даже несмотря на то, что он сам был огромным, суровым и жестоким человеком, казалось бы неспособным проявлять нежность, рядом с ним я все равно всегда чувствовала себя, словно за каменной стенной.
— Как ты? — положив огромную ладонь на щеку, он осторожно приподнял мою голову, медленным взглядом скользя по бесконечным ссадинам. Атмосфера в комнате потяжелела и мне казалось, что обычно серые, ледяные глаза отца, сейчас стали практически черными.
— Со мной все хорошо, — я попыталась улыбнуться. Не показывать того, как мне плохо. Вообще было невыносимо от того, что папа видел меня такой.
— Мне так не кажется.
