В жаркий день в городке с невероятной температурой, где асфальт как бы плавится под машинами, милая дама работает на перекресте. Это начало истории о незнакомцах, полетевших во вселенную за чудесным боксерским поединком, и космическом отщепенце из простых своих дел.
- Мам, это самое здоровское, что с нами случалось! Это как в фильмах, только по-настоящему! И в школу ходить не надо!
- Ну уж дудки! От учебы ты не отлынишь! У инопланетян, наверняка, найдутся учебники, у нас пока твои есть. Я этим займусь.
Пашка тяжело вздохнул. Мы замолчали. Машка залезла сынке на грудь и свернулась там клубочком, он обнял ее. Я перевела взгляд на горящий диодами потолок.
Мысли сами собой вернулись к родителям, к работе, к отпуску, к Луне и даже к Коляну. В груди начал пыльным клубочком сворачиваться и разрастаться шар горечи, обиды, страха и тоски.
- Спи, - грустно улыбнулась я ей и погладила нежную фиолетовую кожу.
- Шпи, - повторил зверек и снова свернулся клубочком, теперь уже под Пашиным боком.
Неожиданно чьи-то сильные руки обняли меня и прижали к твердой груди. Я подняла голову, сквозь пелену слез уставилась в ласковые ночные глаза. Они с неясной нежностью изучали мое красное зареванное лицо. Я пожалела, что не выключила свет совсем.
- Как ты зашел? - всхлипнула я.
- В дверь.
Не совсем тот ответ, но не менее логичный. Совсем не соображала. Это же его корабль. Он снова притянул мою голову к груди. Я послушно ткнулась носом в мягкую длинную серую кофту. От него пахло морем, полынью и еще чем-то терпким обволакивающим, еле уловимым. Я с жадностью вдохнула новый приятный запах. Одернула себя и попыталась отстраниться, слезы все еще катились по щекам, пропитывая широкую рубашку. Он сжал меня сильнее.
