В жаркий день в городке с невероятной температурой, где асфальт как бы плавится под машинами, милая дама работает на перекресте. Это начало истории о незнакомцах, полетевших во вселенную за чудесным боксерским поединком, и космическом отщепенце из простых своих дел.
Дольф, меж тем, не жуя, всосал последний кусок со своей стороны стола и окинул оценивающим взглядом обстановку. Нарашека перестала меланхолично двигать челюстями и поставила на пса свои огромные глазки-блюдца. Вот честное слово, в них сквозило предупреждение. Собак оценил молчаливый посыл и с разбегу сиганул на колени к врачу, явно намереваясь стырить то, от чего нерадивый инопланетянин так упорно отказывался. Пашка возмущенно начал ругаться, Сишати рассмеялся и усадил меня на стул рядом с Машкой.
- У меня самая странная семья в этой галактике, - тихо прошептала я.
- Странная, странная, - согласилась кошка и великодушно протянула мне свой недоеденный кусочек. Я пожала плечами, взяла и принялась жевать. Так мы и сидели с нарашекой, меланхолично двигая челюстями и наблюдая как капитан пытается приготовить завтрак, Пашка - скормить Кагараши мясо, Кагараши - спрятаться за капитаном, а бесстрашный собак - стыбзить с Пашкиной тарелки хоть один кусочек вкуснятины.
- Машенька, это называется бедлам.
- Петлам, - повторила она.
- Умница!
- Петлам, петла-ам, - нарашека внимательно рассматривала меня. - Ми-икаи, - закончила она и перебралась ко мне на колени.
Ну, вот и все, собственно. Теперь я от нее ни за какие коврижки не откажусь. Судьба моя веселая."
"- Да, Маш, мы с тобой тут единственные женщины, а женщины должны держаться вместе.
Спустя полчаса Сишати поставил перед своими дамами две тарелки с оладьями, нарашеке молоко, а мне еще и кофе. Мужчина - мечта. Я оттаяла, это потрясающе, да, решила уйти от позиции невмешательства и остановить своего подрастающего злодея.
- Пашка! Отдай ветчину Дольфу и отстань от Кагараши.
- Ну, ма-ам!
- А подзатыльник.
- Па-ап.
- Мама права.
Кажется, последнее заявление привело цветик в состояние удивления, крайней степени обиды и разочарования. Я победно улыбнулась.
- Предатель, - прошептал недовольно кактусенок, исполняя приказ. Врач опустился на табуреточку у стены и облегченно выдохнул, стараясь не смотреть в сторону чавкающего тигрового недоразумения.
- Микаи, ты - чудо. Нарашека даже со мной никогда и ничем не делилась.
- Микаи, - кивнула кошка и прошипела нечто на инопланетном. Капитан ответил ей.
- Что? - не поняла я.
- Она тебя любит.
- Я тоже тебя люблю, чудо инопланетное, - расчувствовалась в ответ я.
- Мам, ты чего? А как же Дольф? - перестал сердиться сынка.
