В темном подъезде горит неуклюжая лампочка, пульсируя болезненными струйками света и жжение в голове становится невыносимым. Когда она загорается снова после непродолжительного затрещивания, кажется, что это новый вид пыток - довести до безумия, заставить самому себе причиняться такую же боль. Только открыв глаза, поняла, что осталась живой и зрячей....
Похоже, «Болевой порог» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Так?
– Не совсем… – Шевц растер лицо руками и продолжил, – в тот вечер Глушак открыл на тебя охоту.
– Глушак?.. – ошарашенно переспросила, – Глущенко?! А он здесь при чем?!
– Это он выиграл тебя в карты у Карманова. Не я.
На меня как ушат воды вылили. Я безмолвно открывала и закрывала рот, но не могла произнести ни звука. В черепной коробке начался хаос. Поведение Глущенко в тот день. Он вел себя чересчур самонадеянно. И эта его фраза про то, что я буду ходить по его дому голой… Значит уже тогда я фактически принадлежала ему?!
– Почему тогда я здесь?.
– Я перекупил долг Кармана и вернул его Глушаку деньгами.
Мой мозг отказался воспринимать эту информацию. За моей спиной велись торги. Меня продавали и покупали, как лошадь. Как бы ни старалась, не могла привыкнуть к мысли, что я пустое место, вещь.
– Зачем… зачем перекупил?..
– Да ты благодарна должна мне за это быть, – он не ответил на мой вопрос, – если бы не я, сейчас валялась бы где-нибудь на помойке с отрезанной головой и разорванной жопой.
Каждое слово причиняло почти физическую боль. Мне нечем было возразить. Потому что, если все так, как он говорит, то я до сих пор жива только благодаря ему.
– Каких-то пять минут, и ты бы уехала из клуба не с моими парнями, а с людьми Глушака, – он сделал акцент на последних словах и повернулся ко мне всем корпусом, – пять минут…
– Бред… Как он мог узнать, что я сбе…. ушла?..
– Ты исчезла посреди приема… думаешь, никто, из сотни присутствующих там людей не заметил этого?! – он не орал, но его тон все равно заставил почувствовать себя ничтожеством, – из-за тебя пострадал мой человек.
Он прав. Получается, Олега ранили по моей вине. Укол сожаления бьет точно в цель. Кровь прилила к лицу. Щеки загорели.
– Если бы я знала… вернее, если бы ты мне рассказал все с самого начала, всего этого бы не произошло, – я старалась, чтобы мой голос звучал уверенно, – а так… что мне оставалось делать?.. Ты сказал, что ведешь меня на вечер в качестве своей спутницы, а сам… – запнулась, – они все показывали на меня пальцем…
– Ужинала уже? – резко встал с кровати, все своим видом показывая, что разговор окончен.
– Да!
– Выпить хочешь?
– Нет!
– Ладно.
Он ушел, оставив меня со своими мыслями. Обрушившаяся, как снег на голову новая реальность взорвала мой мозг. Актеры сняли свои маски. Теперь мне все виделось иначе."
"Я не навязанный балласт для Шевца. Он сам проявил инициативу. Сам. Увел меня из-под носа Глущенко самым наглым образом.
