В темном подъезде горит неуклюжая лампочка, пульсируя болезненными струйками света и жжение в голове становится невыносимым. Когда она загорается снова после непродолжительного затрещивания, кажется, что это новый вид пыток - довести до безумия, заставить самому себе причиняться такую же боль. Только открыв глаза, поняла, что осталась живой и зрячей....
Похоже, «Болевой порог» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Это видно по его поведению, и интуиция подсказывала мне, что они так или иначе связаны со мной.
А еще слова Глущенко. Они засели в мозгу ржавым гвоздем. Почему он сказал о том, что скоро я окажусь в его доме?
Карманов вернулся, когда часы на стене показывали два ночи. Все это время я тряслась от страха, что он нагрянет в мою комнату. Но он не пришел. Я слышала, как он еще долго ходил по первому этажу, на кого-то орал в своем кабинете и только к четырем утра все стихло.
А утром меня разбудил толчок в плечо. Сонно озираясь, подняла голову и увидела мужа.
О, Боже… только не это.
– Куда-нибудь собираешься сегодня? – спросил, глядя на меня красными глазами.
– Я?..
– Ты!!! – рявкнул он.
Поежилась и натянула одеяло до подбородка.
– В салон… – промямлила охрипшим ото сна голосом.
Развернувшись, Карманов вылетел из комнаты, громко хлопнув дверью.
Все это очень странно. Во-первых, после бурной ночи он любит поспать до обеда. А сейчас выглядит так, будто и вовсе не ложился. Во-вторых, он никогда не интересовался моими делами.
– Где мой завтрак, Анна? – интересуюсь, зайдя в кухню.
– Сейчас будет, Ольга Игоревна! Обычно Вы позже просыпаетесь, – пролепетала она.
– Поторопись!
Кухарка кивнула, но от меня не укрылась мелькнувшая в ее глазах неприязнь. Плевать… Меня все в этом доме ненавидят, как, впрочем, и я их. Если Карманов прикажет, конкретно эта Анна подсыплет мне яда в суп и даже глазом не моргнет.
После завтрака я наскоро собралась и велела водителю отвезти меня в салон.
– Вы долго, Ольга Игоревна?
– Как всегда, Витя! Что за вопросы?! – взбрыкнула я, – В твои обязанности входит возить меня, куда скажу и ждать, сколько потребуется! Понял?
– Понял, – опустил глаза и стиснул челюсть так, что на лице заходили желваки.
Поди материт меня мысленно… Пусть… Хлопнула дверью так, что у самой уши заложило, и, тряхнув волосами, вошла в салон.
******************
Я любила сюда приходить. Не столько из-за профессионализма работающих здесь мастеров, сколько из-за самой обстановки. Это было то место, где можно было по-настоящему расслабиться, окунуться в мир красоты, закрыть глаза, слушая ненавязчивую болтовню дамочек. Никто не лез ко мне с бестактными вопросами. Здесь давно все поняли, что потрепаться о личном, это не обо мне.
Спустя четыре часа, со свежим маникюром, педикюром и эпиляцией я вышла на улицу.
