Слышен визг шин по бетонке. Макеев встречает их группу очередями пулемёта. Около десяти человек перебегают дорогу, двое падают. Им вдогонку летят подствольные гранаты, хлопая белым облаком.
С перекрёстка сработал снайпер, сняв одного разведчика в грудь. Его тащат на броню транспортёра. На дорожках аллеи много растяжек, и наших, и чужих. Боекомплект пушки уже пуст. Раненого увозят, без надежды на чудо, пуля отрикошетила от задней стенки бронежилета, повредив внутренности бойца.
К Макееву бегут полковник и сержант милиции, оба перепачканы кровью. Сержант – чеченец, полковник – русский. Стучат прикладами по башне.
– Эй, командыр! – кричит сержант. – Можешь поближе подойти? Мы к ным с фланга зайты можем, а то уйдут через частный сэктор!
А там рэка и всё. Поработай пулемётом, брат.
– А если сожгут меня?
– Нэ, нэ сожгут, мы прэкроем, – убедительно замотали головами милиционеры.
– Ну тогда Аллах акбар! – крикнул взводный.
– Чего? – не расслышал шутку Макеева чеченец.
– Вперёд, говорю, – засмеялся офицер.
– Короткими поработай и уходи, – добавил серьёзно полковник, – у них гранатомётов полно.
Девять «двухсотых» бойцов уложили на плащ-палатки у обочины дороги. Звуки боя переместились вперёд. Герасимов внимательно смотрел на погибших. Уши отрезаны, у многих осколочные ранения. Сержант лежит с открытыми глазами, с перерезанным горлом от уха до уха, глаза белые, как у варёной рыбы. Бригадир отворачивается и блюёт, попадая струёй на чью-то могилу, потом неуклюже смахивает остатки переваренной пищи с надгробия. Гера с каменным лицом снимает «смертники» с окоченевших трупов. За плечами сержанта два трофейных автомата, он скидывает их и садится рядом с «двухсотыми».
– Что натворили, бляди, зла не хватает! – говорит кто-то из разведки.
Связист слушает переговоры милиции. Чеченские милиционеры говорят на ломаном русском, но матерятся практически без акцента. Парни смеются, замечая эту отличительную черту в разговорах.
– Спроси, где там наша коробочка, долго нам тут сидеть? – приказывает командир группы связному.
– «Ясень», ответь «Сопке», – мучает связь разведчик. – Ждём «коробочку», как понял? Приём!
– Э, свинына! – послышалось в наушниках связиста. – С вами говорят войны Аллаха, слышишь мэна, нэт?
– Не отвечать, – приказал командир группы.
– Вы полковника нэ потэряли? Случайно в гости к нам зашёл. Сейчас башка ему отрэжэм, иды забэрай. Давай мэнятся, вы вчэра наших в плэн брал. Сержанта нэ отдам, он кровнык мой. А полковника бэри, эсли хочещь.
– Попали, – сказал тихо связист, опустив голову и сняв с шеи наушники.
Подъехал Скачков с Макеевым на броне. Лейтенант прыгнул на землю и, пригнувшись, подбежал к группе.
– Все целы? – спросил взводный Герасимова.