С тех пор я помню только одно: «Хорошо, но нужно полежать». Теперь снова приходит она, не выдержав долгого ожидания — такая же красивая и печальная, как прежде. Ее внимательность к экрану мобильного телефона заставляет меня завидовать. Вот уже третий день подряд она здесь, сопровождая мое восстановление....
Похоже, «Больно не будет» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А потом мне это надоедает, и я выпаливаю правду на одном дыхании:
— Ты поэтому не предложил жить вместе у тебя дома, да? Чтобы было максимально легко разойтись? — слышу свой собственный голос, попутно осмысливая сказанное. Я запретила себе переживать об этом, находила сотни плюсов у новой квартиры, заставляла себя радоваться мелочам! Кошу на него глазами — Яр в обычной одежде: черное поло, темно-синие джинсы, на руке — часы. Вещи простые, но фирменные, выглядит он отлично, как и всегда.
Судя по всему, решил развлечься в воскресенье вечером.
— Не поэтому, — отвечает он. — Мы же обсуждали этот момент. Блть, Кать, ну почему ты мне не написала? — ударяет ладонями по рулю. Не сильно, но я все равно вздрагиваю.
— Не ругайся при мне, — впервые его одергиваю.
— Извини.
— Мы внезапно собрались, — объясняю. — Хреновый ты конспиратор, Ярослав.
Его лицо безэмоционально, он смотрит на дорогу. Молчит.
— Ты вообще не ездил ни на какие сборы? — оказывается, все это время я хмурюсь, точно как он весь прошлый месяц.
— Ездил, но меня вернули домой, — он бросает на меня прямой взгляд. — Через сутки. Я хотел просто немного побыть один. Это не преступление.
— Нет, конечно. Не преступление, — киваю, соглашаясь. Когда глаза «открываются», они болят и почему-то слезятся. Нет, я не буду сейчас раскисать и плакать, выглядеть при нем жалкой. Подумаешь, как дура радовалась его сообщениям о том, что он «соскучился».
Не хотел. Не хотел. Не хотел.
Слова сыпятся градом, хочется от них закрыться руками, и я обнимаю себя покрепче. Фоточки слала, сердечки, смайлики. Слова поддержки. Боже!
— Замерзла? Включить печку?
— Не нужно.
Осознание дается поначалу с трудом, а потом почти сразу приходит смирение. Все это время мне было неспокойно. Что-то шло не так, я чувствовала, но не понимала, что именно. Он был слишком хорошим, внимательным, уступчивым.
Наши отношения больше месяца держались на ответственности. Его ответственности перед девушкой, чью пару он разбил и которой когда-то, будучи во власти горячей похоти, пообещал жениться.
Следом я понимаю, что не злюсь на него. Было бы лучше, если бы злилась, но я ощущаю лишь обреченность. Мало на свете людей, которые могут побудить его делать то, что ему не нравится. И судя по всему, я попала в число избранных.
