С тех пор я помню только одно: «Хорошо, но нужно полежать». Теперь снова приходит она, не выдержав долгого ожидания — такая же красивая и печальная, как прежде. Ее внимательность к экрану мобильного телефона заставляет меня завидовать. Вот уже третий день подряд она здесь, сопровождая мое восстановление....
Похоже, «Больно не будет» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Потом случилось так, что вопрос встал ребром: я успешно закрыл сессию на втором курсе, забрал документы и отправился в армию. Руслан же остался на гражданке. С тех пор наши взгляды на жизнь начали расходиться.
— Ярослав, ты же придешь сегодня в бар? На мой день рождения, — говорит Ульяна, наблюдая, как я переливаю коктейль в стакан, втыкаю соломинку.
Я допустил ошибку, когда позволил Марине познакомить Руса с ее подругой. Мы расстались, а они замутили серьезно. А учитывая, что мы с братом пока живем вместе, передо мной вечное напоминание о бывшей.
— Зачем это? — спрашиваю, глядя на нее.
Она беспечно пожимает плечами:
— Весело будет! Хотя бы ненадолго заглянешь? И Русик обрадуется! Все по тебе скучают, Яр.
Все — это, видимо, Марина. Помню, ага, ее тоску в глазах.
— У меня другие планы. С днем рождения."
"Я действительно не думаю, что Марина позволила себе измену, но я никогда не потерплю даже намека на нечто подобное. Закрыть глаза на то, что моя женщина трется об кого-то в мое отсутствие? Извольте.
И все же признаюсь себе, что пользуюсь двойными стандартами.
Катя ведь тоже несвободна, но меня вообще ничего не смущает. И если бы она вдруг потерлась об меня, я бы не подумал о ней плохо.
Сидит напротив за столом, тянет свой коктейль. Сегодня у нас обоих жидкие завтраки, она там что-то колдовала с утра, блендерила. Кстати, очень вкусно и довольно сытно, с фруктами и кислинкой.
Ее губы надо видеть. Нежные такие, мягкие.
Глаза выразительные, бархатистая светлая кожа. Аккуратная, но вполне приличная грудь. В ней все без излишеств, но при этом — как надо. Я плохо помню, как обнимал ее, придавливая своим телом к холодному полу ювелирки. Не думал тогда о том, как это — лежать на ней. Тогда пульсировала другая мысль: только бы сберечь. Спасти маленькую.
Катя улыбается, слегка смущаясь под моим пристальным взглядом.
А я все смотрю и не могу насмотреться. Ищу, за что бы зацепиться, чтобы отвернуло от нее. Что-то же в ней должно мне не понравиться. Ну хотя бы какая-нибудь мелочь!
Она в темно-синем комбинезоне шортиками. Ткань такая… как ее? Которая легко мнется, но приятная к телу в жару.
