Автор
Эпическая история боевых машин будущего, созданных для защиты человечества. На протяжении полутора тысячелетий боло верно служат своим создателям, сражаясь в немыслимых войнах и жертвуя собой ради спасения людей. Но что происходит, когда верные воины начинают задавать вопросы о смысле...
В настоящее время я не могу определить, насколько успешными были реконструкции ПКП, пока им не хватает эмпирического наложения остальной части моей личности.
Я испытываю чувство незавершенности, которое... отвлекает. Что еще хуже, я один, без нейронной связи с моим Командиром, которая делала нас единым целым. Пустота, которую Диего должен был заполнить, причиняет мне боль, а потеря способности воспринимать информацию делает мою боль и потерю еще более трудными для преодоления. К сожалению, ПКП не смог завершить физический ремонт до перезагрузки моих систем, поскольку дополнительные тринадцать и шестьдесят девять сотых процента производительности CPU существенно помогли бы мне в моих усилиях по реинтеграции моей личности. Но я понимаю, почему ПКП активировал аварийный перезапуск сейчас, вместо того чтобы ожидать стопроцентной готовности.
Запускается все больше тестовых программ, но мой текущий статус сводится к полному холодному перезапуску системы с нуля. Всем подсистемам требуется время, чтобы сообщить о своей готовности и функциональности, и пока они этого не сделают, мое базовое программирование не передаст их под управление главного процессора. Весь процесс займет более двух целых девяноста двух сотых часа, и ускорить его невозможно.
Джексон завершил свой последний заезд с чувством триумфа, он был еще достаточно молод, чтобы наслаждаться. Он и Самсон поскакали обратно тем же путем, каким пришли, с гораздо большей уверенностью, еще раз пересекая поле боя, солнце Арарата садилось на западе, а на востоке бледнела первая луна. Они поскакали рысью вверх по склону, по которому он спускался утром с таким внутренним трепетом, что не мог этого скрыть, и он повернулся в седле, чтобы еще раз оглянуться назад."
"Боло вырисовывался на фоне заходящего солнца, его все еще сверкающий, нерушимо черный корпус из дюраллоя теперь выделялся на фоне багрового неба, и он почувствовал укол вины из-за того, что снова бросил его. Конечно, для Боло это имело бы значение не больше, чем для людей, которые погибли здесь вместе с ним, но виднеющаяся в мареве боевая машина казалась одиноким стражем всего погибшего человечества. Джексон уже давно запомнил обозначение на центральной башне и помахал одинокому стражу мертвой зоны странно официальным жестом, почти салютом.
— Хорошо, подразделение Десять-Девяносто Семь-SHV, — тихо сказал он. — Мы отправляемся.
Он что-то сказал Самсону, и жеребец весело заржал, направляясь обратно к дому.
