Автор
По каменистой дороге в горах мы выезжаем к морю, где я на лобовом сидел, а она — впереди за рулем, недовольная и возмущенная. Ехали мы в город для прогулки по набережной и вкуснячков - не так чтобы хотели сладкого, просто мой братик охреневший решил остаться на летнем доме Бариновых с подругой. В темной южной ночи сквозь открытое окно доносилось пение цикад, и по салону тихо шёл разговор обо всем на свете....
На первое место вышло желание состояться как профессионал.
Я хочу внести свой вклад в защиту природы, сделать этот мир лучше и оставить после себя что-то важное. Хочу быть голосом тех, кто его не имеет. Защита морских животных — это не только будущая работа, это моя миссия.
А любовь… Если она придет, я приму ее с благодарностью. Но больше никогда не позволю ей управлять моей жизнью.
Отныне любовь для меня — это чувство, которое должно быть источником силы, а не слабости. Поддерживать, помогать расти и развиваться.
Сумасшедшая страсть и крышесносные эмоции, которые я испытала с Костей, — незабываемый опыт, и он навсегда останется со мной, но повторить его я не готова. Ни с кем.
Глава 29
Костя
Костя
Два месяца спустя, Москва
Очередная кандидатка на должность хостес пришла в красном платье и преисполненная агрессивной решимости получить работу. Ритмично насаживаясь на мой член, она царапает ногтями светлую кожу кабинетного дивана и неслышно постанывает, помня, что за стенкой полный зал и люди там едят.
Вчерашняя в этом смысле была интереснее. Арина или Ирина — имени я не запомнил, но сосала она недурно. В штат нового ресторана тоже не попала, естественно. Правило не спать с подчиненными у меня работает железно. Своими принципами я поступился только раз, когда на Бали трахнул Машу Лесниченко. И закончилось это, мягко говоря, хреново.
Сестренка друга была для меня неприкосновенной. Я сам себе установил запрет на эту девочку и сам же его нарушил. Это так нехило меня расшатало, что до сих пор в себя прийти не могу.
Повзрослевшая Маха не только похорошела, но и поумнела — стала той еще стервочкой. Она умело играла, конкретно провоцировала, а я велся на каждую ее манипуляцию как последний осел. Ничего не мог с этим поделать. Крыло мощно. Не помню, чтобы так люто кого-то хотел. Забыл, когда так старался нравиться и впечатлять.
Блядь. Как вспомню — нутро скручивает. Проклятый остров. Знал бы, что там будет и к чему все это приведет, в черту отменил бы отпуск и не праздновал тридцатник. Манал я эти качели.
Отправив завязанный узлом презик в урну, вежливо выпроваживаю раскрасневшуюся соискательницу, обещая в скором времени позвонить. Вру, понятное дело.
