Автор
По каменистой дороге в горах мы выезжаем к морю, где я на лобовом сидел, а она — впереди за рулем, недовольная и возмущенная. Ехали мы в город для прогулки по набережной и вкуснячков - не так чтобы хотели сладкого, просто мой братик охреневший решил остаться на летнем доме Бариновых с подругой. В темной южной ночи сквозь открытое окно доносилось пение цикад, и по салону тихо шёл разговор обо всем на свете....
Вытянув длинные загорелые ноги, задумчиво потягивает шампанское.
Костя с серьезным видом переписывается с кем-то в телефоне, но на танцующих девушек то и дело поглядывает. Кирилл пялится открыто и с интересом. Удивительно, как эти заядлые тусовщики не пресытились подобными развлечениями. Когда они начинают спорить о натуральности груди одной из танцовщиц, я шумно выдыхаю и качаю головой. Ох и бабники! Оба! А я между ними. Можно желание загадывать. Становится смешно, я не сдерживаюсь — прыскаю.
— Что такое, Мах? «Периньон» так хорошо заходит? — улыбается Костя.
— Ага, мне очень весело! — отзываюсь и в два глотка допиваю шампанское.
— Смотри не напейся, — предупреждает он с бесячей ухмылочкой.
Как бы случайно кладет руку рядом со мной, щекотно касается пальцами внешней поверхности бедра, напоминая, что следит. Я демонстративно отстраняюсь.
Кирилл забирает у меня пустой бокал и наполняет его почти доверху. Я не отказываюсь. Благодарно киваю и делаю несколько глотков, поглядывая на контролера-Баринова."
"— Ты за меня не волнуйся.
— Взрослые тоже напиваются и делают глупости, о которых жалеют потом.
— Правда? Со мной такого не случалось, хочу попробовать. Буду делать глупости!
Залпом выпиваю все, что осталось в бокале, и смотрю с вызовом. Костя в ответ прожигает меня таким ядреным взглядом, что по спине бежит холодок. На его небритых скулах дергаются желваки, но я не тушуюсь. Облизываю губы и широко улыбаюсь — не на ту напал!
— Какой прекрасный настрой, Машенька! — Кирилл перебивает наш зрительный батл звучным смехом.
— Обязательно! Я же кмс по спортивным бальным танцам, не терпится блеснуть, — не упускаю возвожность похвалиться.
— Вот оно что! Теперь понятно почему ты такая изящная. У тебя идеальная фигурка, куколка, — понижает голос Кирилл, по-хозяйски кладет руку на мою коленку и поглаживает.
Я ерзаю, давая понять, что лучше так не делать, но он не реагирует. Или намерено игнорит. Мне начинает претить его внимание. Похоже, я переоценила свои актерские способности и заигралась, а как выпутаться — не знаю.
На Костю поглядываю, он будто понимает и вслух замечает, что шампанское закончилось. Радунков убирает руку, чтобы жестом показать официанту, что пора нести вторую бутылку. Я незаметно отодвигаюсь обратно к Баринову, который хоть и достал меня сегодня — все равно родной и любимый.
Танцовщицы заканчивают свое выступление и получают заслуженные аплодисменты. Я тоже хлопаю и еще немного придвигаюсь.
