Автор
В таком жестоком мире один шаг назад или в сторону может быть фатальным. Я обернулась, готовясь к новому нападению — и снова оказалась одна, окруженная опасными подхалимами от начальства. Выбор всегда за тобой – бежать или стоять, решать только ты.
Скользнув в первую попавшуюся машину с шашечками, назвала адрес Ирины и всё же обернулась, сквозь заляпанное грязью окно посмотрев на застывшего столбом блондина, провожавшего отъезжающее такси растерянным взглядом.
Ни раскаяния, ни жалости во мне не шевельнулось, а значит, я всё правильно сделала. Да и о чём я? Жалость – это последнее, что должен вызывать мужчина.
7
САША."
"Выйдя из машины возле облезлой пятиэтажки, я растерялась. Я таких убогих домов и в глаза-то не видела. Сколотые от времени белые кирпичи, деревянные покосившиеся двери подъезда.
Всё же зайдя в нужный подъезд, поморщилась от ударившего в нос запаха и осознала шокирующую мою нежную психику вещь: оказывается, домофоны нужны не только для защиты от воров, но и от людей, страдающих недержанием. Господи, как же так можно, неужели потерпеть до дома нельзя?
Усердно зажимая нос рукавом, я поднялась на третий этаж и уже открыла сумочку в поисках ключей, как дверь распахнулась и из неё выплыла эффектная блондинка.
– Ой, а ты, наверное, Ира? – радостно воскликнула незнакомка. – А я Марина. Хозяйка второй комнаты мне её сдала, пока тебя не было.
– Второй комнаты? – переспросила совсем растерявшись.
– Она говорила, что ты хочешь её выкупить. Ясно же, что надоело жить в коммуналке. Но у тебя же сейчас нет таких денег, не беспокойся, я надолго не задержусь, максимум на два месяца, а ты, глядишь, за это время накопишь нужную сумму.
Пока девушка оживлённо щебетала, не прекращая приветливо скалиться, я задумалась о том, что слово «коммуналка» мне ни о чём не говорит.
– Хотела прогуляться, но раз уж ты вернулась, я лучше дома останусь, пообщаемся, познакомимся поближе, нам ведь всё-таки вместе жить, – произнесла Марина и, ухватив меня за руку, втащила в прихожую.
Шок продолжается! Тёмный узкий коридор со старыми потёртыми обоями в виде кирпичной кладки, увитой плющом. Хоть и чистая, но совсем мизерная кухня.
