Автор
В таком жестоком мире один шаг назад или в сторону может быть фатальным. Я обернулась, готовясь к новому нападению — и снова оказалась одна, окруженная опасными подхалимами от начальства. Выбор всегда за тобой – бежать или стоять, решать только ты.
Небрежно постукивая скромным букетом из трёх роз по своей ноге, Алекс как-то равнодушно произнёс:
– Привет, а Марина дома?
От осознания, что он пришёл к соседке, моя улыбка медленно померкла.
13
САША.
Опустив разочарованный взгляд, я тряхнула головой и как можно спокойней сообщила:
– Нет, ушла, – посмотрела на обхватившие запястье часы, Сашкины, между прочим, часы, – полчаса назад, куда не знаю.
– Понятно, можно я её здесь подожду?
Вот зачем он спрашивает, если ответ его не интересует? Я и рта-то раскрыть не успела, а Алекс уже стоит в прихожей.
– Тапки есть?
А я знаю? Покосившись на ступни сорок пятого размера, открыла ящик в поисках подходящей обуви. Не нашла. Видимо, мужчины у Ирочки были нечастыми гостями, ну или как Костик предпочитали ходить в носках. Если учесть, что носки Воеводина стоят как вся эта квартира, обувью его снабдить всё же надо. Нарыла какие-то пушистые тапочки и, глянув на подошву, проинформировала:
– Только сорок первый размер, подойдут?
– Давай что есть, – буркнул он хмуро, отчего я прикусила губу, сдерживая улыбку.
Дело в том, что тапки были нежно-розового цвета, ещё и с непонятной мордочкой, виднеющейся через длинные ворсинки.
– А мы уже на «ты»? – спросила, приподняв бровь.
Усмехнувшись, муж указал пальцем на свою крутую обувь и заметил:
– Ты видела меня в этом, так что, считай, теперь самый близкий мне человек.
– Они тебе идут, – успокоила я мужчину и всё же расхохоталась.
Отсмеявшись, я вытерла выступившие слёзы и, подняв голову, посмотрела на Алекса, тут же замирая под пристальным, слегка растерянным взглядом.
– У тебя очень красивый смех, – пробормотал он чуть слышно.
– Возможно. Я уже сама не помню, когда смеялась в последний раз, да и смеялась ли вообще. Хочешь кофе?
– Растворимый? – покосился он на меня подозрительно.
– Не-ет, я сама сварю! – ответила гордо.
На мужественном лице проступила паника, даже не пытаясь этого скрыть, он с надеждой спросил:
– Может, лучше растворимый?
– Не бойтесь, Александр Юрьевич, отравиться кофе насмерть нереально.
Насыпав в турку зёрна, залила водой, поставила её на плиту и заодно включила чайник.
