Автор
В таком жестоком мире один шаг назад или в сторону может быть фатальным. Я обернулась, готовясь к новому нападению — и снова оказалась одна, окруженная опасными подхалимами от начальства. Выбор всегда за тобой – бежать или стоять, решать только ты.
От этой информации мне стало совсем дурно. Представить сложно, что мою Сашку даже лица лишили...
Ещё начальник службы безопасности выяснил, что стреляли в упор, и воспользовавшись паникой, преступник скрылся, как он выглядел никто сказать не может. Куда смотрели телохранители, я без понятия.
Выйдя из машины напротив одноэтажного облезлого здания, я бросил:
– Уволь охранников и водителя. Сделай всё, чтобы я не узнал, кто именно не уследил за Сашкой! Убью же.
Никогда не думал, что я на такое способен, но у двери в морг ноги подкосились.
– Шеф, может, не пойдёте? Я вместо вас опознаю и дело с концом.
– Пошёл... сам знаешь куда! – рыкнул я, толкая проклятую дверь.
При моём появлении патологоанатом залебезил, отставляя заваренную вермишель в сторонку и треща что-то о том, что я долгожданный гость.
Нет уж, увольте, я к тебе в ближайшее время не собираюсь.
– Где моя жена? – рявкнул и самому стало плохо от осознания, что ищу её здесь, среди мёртвых тел.
Пришёл я в это заведение вовсе не напрасно. Нет, после того, как врач стянул простыню до самых бёдер, я хотел свернуть ему шею, но наткнувшись глазами на узкую ладонь, решил: пусть смотрят.
Осторожно, едва касаясь провёл пальцем по идеально наманикюренному ноготку указательного пальца правой руки и выдохнул:
– Сигарету дай!
– Шеф, вы же три года как бросили, – промямлил Игорь.
– Я тебя об этом не спрашивал. Просто дай!
– Это ваша супруга? – вопрос от мужика в белом халате.
– Да, – глухое и уверенное от меня. – Это Александра Воеводина.
Сигарета в моих дрожащих руках появилась мгновенно, и голубой огонёк зажигалки мелькнул перед глазами. Прикурив, глубоко втянул терпкий дым и едва не поперхнулся от прозвучавших с укором слов:
– Здесь нельзя курить.
Повернувшись к патологоанатому, держащему какое-то железное блюдо с хирургическими инструментами, выгнул бровь и, стряхнув пепел в его чашку, поинтересовался:
– А кто мне запретит?
При виде того как он побледнел и задрожал, я поморщился.
– Игорь, я сейчас домой, а ты реши вопрос с похоронами. Оформи всё по высшему разряду.
– На каком кладбище, шеф?
– Мне всё равно.
– То есть? А как же...
– Я на них не приду, – сообщил равнодушно.
– Почему?
– Не заслужила! – ухмыльнувшись, пожал я плечами и вышел из морозилки.
