Автор
В книге "Больше не люблю тебя, жена" Леной Голд описано тревожное начало семейного раскола между Михаилом и его приятелем Тохой, скрывающим за упреками критику в адрес женской супруги. Атмосфера напряженная, а конфликт растет, когда Михаил начинает видеть в женах своего знакомого нечто похожее на подозрительную небесную злость....
Не рассказываю в деталях, ибо это личная жизнь, которую я редко с кем-то обсуждаю. Да тут и обсуждать нечего. Что сказать другу? То, какой я лох? Думаю, это у меня уже на лбу написано, раз сделал дело, а сейчас выкручиваюсь как могу, чтобы вернуть все в прежнее положение. Да только это не так просто, учитывая характер Саши.
— Охренеть, — присвистывает Антон. Подносит кружку к губам, делает глоток кофе. Пялится на меня, как на идиота. — Чё так? Раз признаешь свою вину… — И ухмыляется.
Раздражение бьёт по мозгам.
— Ты, что ли, никогда не признавал? — подавшись вперёд, рявкаю я.
Антон ржёт.
— Я же не отрицаю. — Поставив кружку с кофе на стол, он поднимает руки, а потом встает. — Мира и добра, Мих. Мирись с женой. Она у тебя нормальная. Не повторяй наших с Виктором ошибок. Давай, я побежал."
"Тяну время как могу. Сбрасываю несколько звонков от Альбины, даже Виктору не отвечаю. От Саши — полная тишина. Сообщения игнорирует, трубку не берет. Передумала? Хотела же сегодня встретиться и что-то обсудить? Может, развод? Документы, что ли, подготовила? Уж очень торопится развестись со мной.
Пи#дец. Неприятно-то как от этих мыслей.
Снова набираю жену и только потом вспоминаю, что она, скорее всего, в школе. И только потом до меня доходит: первое сентября. День знаний, черт возьми! Она наверняка вернется домой как раз вечером, с цветами. Раньше самый большой букет дарил ей я.
Встряхиваю головой, усмехаюсь невесело. Встаю и, забрав со стола телефон и брелок от автомобиля, накидываю на плечи пиджак.
«Освобожусь ближе к пяти», — прилетает сообщение от жены.
Прикидываю в голове, успею ли я съездить в больницу, а потом в школу. Наверное…
Через полтора часа я забираю результаты и направляюсь на парковку. В кармане так и ревёт телефон, но я не беру трубку, потому что знаю, кто там не может угомониться. Просится в черный список.
Сажусь за руль, пялюсь на конверт. Хочу открыть, но отвлекаюсь, когда в стекло стучит…
Бл@.
— Привет, — улыбается Альбина, заправляя выпавшую прядь за ухо.
— Дела есть. Что тебе надо?
Она хмурится, кусает накачанные ботоксом губы.
— Блин, Миш, ты стал слишком холодным. И в прошлый раз сбежал. Что происходит, а? Я что-то сделала не так?
Закатываю глаза. Пусть видит, как раздражает.
— Дело не в тебе. Перестань прилипать, как жвачка. Не беру трубку — значит, не хочу разговаривать. Ясно?
Поджимает губы. Злится.
