Автор
Каждое движение мастерски выполнено безупречно, будь то на руках, лице или теле клиента. Атмосфера пристанища исключительно профессиональная и сосредоточенная — все взвешенно, как будто жизнь каждого человека зависит от этих рук.
А она сама прижимается к нему, вцепившись в ворот его темно-серого пальто.
— Блин, Люська! — чуть позже, губами ей в висок. — Это все твой проклятый белый халат.
— А он-то тут причем? — шепотом ему в шарф.
— Нездоровые ассоциации как результат просмотра немецких документальных фильмов, — со смешком.
Она сначала не понимает, о чем он, а потом стукает его по плечу.
— Гришка! Ты что такое говоришь?! Ужас какой! Я, вообще-то, с детьми тут работаю!
— И слава Богу, — выдыхает он ей в ухо. — Люсь, пни меня, а? Мне уже не просто бежать — лететь надо.
— Езжай, Гришенька, — она привстает на цыпочки и целует его в лоб. — Езжай. Все хорошо.
Так безумно раздражавшее в Ларисином исполнении ""Гришенька"", сказанной Люсей, заставляет внезапно сжаться сердце. Словно нечаянная ласка. Нет, уходить надо, срочно просто.
— Люсь, я как смогу — позвоню.
— Договорились.
_______________
Все-таки хорошо, что он приехал. Во-первых, совершенно заткнулась Тамара Витальевна. Хотя нет, во-первых не это.
И он позвонил как раз в обеденный перерыв в четверг. Голос очень усталый, несмотря на то, что бодрится.
— Лютик, как ты?
— Да я-то нормально, как обычно. А ты, судя по голосу, на последнем издыхании?
— Ооох… Когда я умру от цирроза печени, запомни меня молодым и красивым."
"— Да? А я тебя таким видела? — она пытается шутить, но собеседник, похоже, даже чувство юмора пропил.
— И ты туда же? — драматическим шепотом.
— Что, все так плохо? — ей уже вправду не смешно.
— Улетаю сегодня вечером в Москву, — со вздохом. — Нам дали предварительное добро. Но большие боссы хотят лицезреть наши рожи а-ля натюрель. Да и в головные управления пары банков наведаться надо, Гошка договорился о встречах. Так что…
— Я очень рада, что у вас все получилось.
— Да пока еще не получилось.
