Автор
Каждое движение мастерски выполнено безупречно, будь то на руках, лице или теле клиента. Атмосфера пристанища исключительно профессиональная и сосредоточенная — все взвешенно, как будто жизнь каждого человека зависит от этих рук.
Наконец-то его оставили одного! Как же быстро он привык к тому, что Гошка на работе. А категорически не хотел разбирать с Ларисой какие-то мелкие, по его мнению, финансовые вопросы. Как ему не хватает Георгия! Но он сам сегодня настоял на том, чтобы младший остался дома. Гриша не слепой — видит. Похоже, нагрузку они так и не сумели правильно дозировать, как им массажист велел.
Воспоминание о девушке, которая делала Жорке массаж, кольнуло легким чувством стыда, но он от него отмахнулся — дело прошлое, в настоящем и без этого забот хватает.
Сегодня Гошка дома, но не факт, что это имеет какой-то смысл. Все равно брат наверняка сидит за компьютером — даром вчера кучу бумаг с работы взял. И файлы какие-то на флэшку перед уходом из офиса копировал. Вот и что с ним делать? Загоняет себя, паразит этакий!
Григорий невесело усмехается своим мыслям, рассеянно глядя на падающий за окном снег.
______________________
Своего отца он не помнил совсем. Гошкиного отца, дядю Сашу, помнил смутно. Помнил, что тот был веселый, часто рассказывал какие-то истории и играл с Гришей в машинки. Но слишком недолго он пробыл в Гришиной жизни, а детская память коротка.
"Но вот ""подарок"", который им оставил дядя Саша, он запомнил очень хорошо. Младший брат ужас как мешал. Грише бы на улицу, гулять, а он сидит дома с младшим, потому что мать ушла в магазин, а там очереди и это надолго. А на улице лето, и друзья кричат в окно, а он тут сидит, караулит эту плаксу-канючилу!
Сколько раз он смотрел на ревущего младшего и думал… О том, как было бы хорошо, если бы он куда-то исчез. Потом Гошка подрос и стал таскаться за ним следом всюду.
Все изменилось в тот день, в заброшенном недостроенном доме. Когда он услышал крик брата… когда обмер от ужаса… когда подбежал и понял, что случилось… По своей детскости он не очень задумывался о том, что брат мог серьезно повредить себе что-то при падении — тем более, что тот так голосил: ""Гриша! Забери меня отсюда! Мне страшно!"".
