Встреча князей Шелагина с потенциальными злодеями становится неотложной задачей после завершения совета, при котором загруженность его только увеличивается. От пропажи царских реликвий зависят многие жизненные пути участников княжества, и каждый хочет получить шанс избежать потери....
Ударная волна отразилась от устоявшей поначалу ограды и размазала тех, кого не добила, пройдя к ограде. А после сложилась и сама ограда, выпустив взрыв с территории дворца. Правда, тела Евгении Павловны, ее отца и сына опознать оказалось возможным. На мальчике еще были следы живетьевской ауры, но уже совсем слабые развеивающиеся с каждой минутой. Эта часть сердца была абсолютно и безоговорочно мертвой.
К концу второго часа я узнал, почему Беспалова говорила столь уверенно о том, что взорвала великая княгиня.
Я не видел никакого смысла в действиях Евгении Павловны.
«Под ментальным воздействием?» — предположил Песец, и я опять все подозрения направил в сторону Шелагина-старшего и Грекова. Младшего я почему-то не подозревал в столь неблаговидном поступке. А вот старший… За ним я уже заметил неразборчивость в средствах, прикрытую внешним благообразием. Нет, я прекрасно понимал, что Евгению Павловну с сыном нельзя оставлять в живых. Но не таким же способом…
«На самом деле их смерть выгодна не только Шелагиным, — заметил Песец.
Совет не рубить сплеча и не рваться выяснять правду он не дал, хотя такое точно подразумевалось. А стоит ли ее выяснять? Поневоле казалось, что если бы я убил и Евгению Павловну, и ее сына сразу, как обнаружил, что они делают с сердцем Живетьевой, то жертв было бы намного меньше.
"Утром ситуация немного прояснилась или запуталась еще сильнее — это уж с какой стороны посмотреть.
