Вдали виднеются караваны горбатых рыжих сопок, следующих за уходящим городом. Форштевень "Дальстроя" гладко скользит по маленьким волнах, и на их поверхности отражаются кружения облаков. Желтоклювые чайки, с грацией прыгающих птиц, летают рядом, ждут своей очереди за добычей. Мгновенно взметающаяся труба "Дальстроя" поднимает парные клубы дыма, и они тают в теплой морской тишине, смешиваясь с глубинной синевой воды....
Лучше синица в руках, чем журавль в небе…
— Молчать! — гаркнул Алексей и зашагал поперек обледенелой палубы, от фальшборта к фальшборту: четырнадцать шагов в одну сторону, четырнадцать в другую.
Он насчитал две тысячи восемьсот шагов, а из-за двери кубрика все еще доносился зудящий голос шкипера:
— Зачем такой молодой человек хочет замерзнуть?
— Разве у красивого Алексея нет невесты, которая его ждет?
— Неужели у Алексея вместо сердца стеклянный поплавок и ему не жалко боцмана?..
Алексей сбегал в камбуз, укутал боцмана парусиной, пододвинул к нему корзину с углем, чайник с водой, пачку галет.
— Управитесь без меня, товарищ боцман?
— Управлюсь, Алеша. Отдать носовые! Слева по носу неизвестное плавсредство!.. — У него начался бред.
Прибежав обратно к носовому кубрику, Алексей увидел, что «рыбаки» успели выдавить стекло в иллюминаторе и стараются сбить запор рейкой, сорванной с потолка.
— Отставить! Вниз! — крикнул Алексей. Прошла вторая ночь. Минул второй день.
Шторм все еще неистовствовал.
"Чтобы нарушители не смогли выломать дверь, он подпер ее обрушившимся фока-реем, навалил около якорь-цепь. Пищу передавал японцам через иллюминатор, туда же вместо угля совал изрубленную обшивку фальшборта.
— Ремонт шхуны за мой счет! — отвечал он на протесты шкипера.
Третья ночь прошла для Алексея, как в угарном сне. Он почти не чувствовал ни рук, ни ног. Губы задеревенели, обмороженные щеки облупились. Все лицо опухло от холода.
Но он все ж таки смог, как положено по уставу, отрапортовать капитану 3 ранга, когда тот пришел к острову на вызванном из отряда ледоколе «Бесстрашный»…
— Такая вот история, — закончил свой рассказ Баулин.
— Что же вы сделали с «Хризантемой» и ее командой?
— Мы лично ничего не делали. Мы только отбуксировали ее в Н-ск, — сказал Баулин.
Капитан 3 ранга помолчал.
— Документов не оказалось, владелец не признался, а кто хозяин — яснее ясного: дельфины к нам шары-разведчики не засылают… Да, я забыл сказать, до того, как мы ее задержали, «Хризантема» успела-таки выпустить два шарика.
