Автор
В ненастную весеннюю погоду нищая герцогиня вынуждена подрабатывать кухаркой. Каждое столкновение с бытовыми неурядицами и личной жизнью лишь усугубляет ситуацию. Война любовных приоритетов и предательство соседки добавляют нервозности, но все же нищая герцогиня держится на плаву, готовясь к решительным действиям....
Поэтому, когда Анастасии Егоровне понадобилась информация, она обратилась в детективное агентство, которое принадлежит моему мужу. Я работаю с супругом.
Фомин побарабанил пальцами по столу.
– Ну, особой тайны-то нет. Отравление. Пищевое. Скорее всего, морепродуктами. «Скорую» вызвала… минутку.
Доктор включил компьютер."
"– Невестка Петровой Валентина. Она и свекровь находились в сознании. Остальные члены семьи, Елизавета и Евгений, на момент прибытия медиков были без чувств. Анастасия сообщила врачам, что ее сын Константин принес домой упаковку паэльи.
– Паэльи? – повторила я.
– Национальное испанское блюдо, – объяснил Фомин, – оно состоит из риса, овощей, морепродуктов и специй.
Я молча слушала врача. Знаю, что такое паэлья, люблю ее, но ем это блюдо только в Испании, куда мы с Максом иногда летаем отдохнуть. Несколько раз я пыталась полакомиться паэльей в Москве, да только всегда получала рисовую кашу, в которой находились странные ингредиенты. Помню, как в одном ресторане нам принесли блюдо, засыпанное сантиметровым слоем рукколы с укропом.
– Кальмары, креветки и прочие гады хороши свежими, – продолжал тем временем Фомин, – лучше всего угощаться ими непосредственно после улова, но в Москву они попадают замороженными.
– А где Константин? – перебила его я.
– Сын Анастасии, который принес паэлью? – уточнил Кирилл Петрович. – Тоже у нас. Но он практически здоров. Поел, лег спать, его «Скорая» разбудила. Валентина решила, что супругу тоже плохо. Но доктор удивился, у Петрова не было признаков отравления. Он просто хотел спать.
– Он не ел паэлью? – поинтересовалась я.
