Автор
В ненастную весеннюю погоду нищая герцогиня вынуждена подрабатывать кухаркой. Каждое столкновение с бытовыми неурядицами и личной жизнью лишь усугубляет ситуацию. Война любовных приоритетов и предательство соседки добавляют нервозности, но все же нищая герцогиня держится на плаву, готовясь к решительным действиям....
– Роза Леопольдовна, – закричала я, глядя на невозмутимую Краузе, – как вы себя чувствуете?
– Прекрасно, а что? – завопила в ответ няня.
– Позовите меня, когда мастер завершит работу, – попросила я и убежала.
Слава богу, в спальне царила восхитительная тишина. Я помылась, надела халат, села в кресло, собралась читать новый роман любимой Татьяны Устиновой, и тут дверь открылась и появилась Краузе.
– Готово.
Я встала.
– Хорошо получилось?
Но няня уже убежала. Я пошла за ней в столовую."
"– Ваще супер, – завопил мастер, увидев меня, – оригинально! Оплату можно оформить наличкой или картой, чаевые на ваше усмотрение.
– Рулонка свернута, опустите ее, пожалуйста, – попросила я.
– Вы оплачивайте, – потребовал юноша, – я ее специально закатал, чтобы видели, что она прекрасно поднимается.
Я вытащила из кошелька деньги.
– Теперь можно и посмотреть на Африку во всей ее красе.
– Вы любуйтесь, а я пока инструмент в холл отнесу, – засуетился парень, – у меня есть еще заказ сегодня. На щедрые чаевые пожадились, но лучше так, чем ничего.
Дав нелицеприятную оценку моей щедрости, мастер убежал со словами:
– Незачем нам его ждать, – Краузе дернула за шнурок.
Рулонка скатилась вниз, закрыв полностью окно.
Я икнула, Роза Леопольдовна попятилась, мы обе лишились дара речи. А вы бы как отреагировали, увидев на шторе изображение здоровенной, страшной, как атомная война, обезьяны, стоявшей к нам спиной, неприлично сверкая голой красной попой. Голова ее была повернута, она через плечо с ухмылкой глядела на нас.
Краузе отмерла первой и с воплем:
– Жаба, стой, – кинулась в коридор.
Я тоже обрела способность двигаться, схватилась за шнурок, дернула за него раз, другой, третий… Но ничего не изменилось, рулонка не собиралась подниматься.
Радуясь тому, что Киса уже легла спать, я молча рассматривала «картину».
– Он успел уехать! – воскликнула Краузе, входя в столовую.
Я взяла телефон и набрала номер мастера.
– Ваши пожелания закон для нас, – провозгласил парень. – Слушаю. Что вы хотите?
– Жаба! Что это у меня на окне? – изо всех сил удерживаясь от крика, спросила я.
– Это кто? – прикинулся дурачком собеседник.
– Люстра, – ответила я.
– А! Добрый вечер.
– Что у меня на окне? – повторила я.
– На каком?
– В кухне.
– Так вы сами заказали. Африка!
Я потеряла самообладание.
