В темное утреннее небо, где только-только появляются первые лучи солнца, стучат дождевые капли в стекла машины. Водительница маневрирует между стремительно движущимися автомобилями, стараясь избежать грязи и брызг, прежде чем она сама превратится в лужу. Это маленький город, где каждый знаком с каждым, где даже безответный попутчик может стать драгоценной роскошью после долгой ночи....
Поселок был небольшим и поначалу показался нам необитаемым. Дома, те, что ближе к дороге, стояли заколоченные. Однако вскоре оказалось, что если жизнь здесь и не бьет ключом, то по крайней мере теплится. Навстречу нам попалась старушка с хозяйственной сумкой, от нее мы и узнали, где живут Солодковы.
Дом стоял у пруда, на скамейке что-то мастерил дедок в кепке. Выяснилось, что это дед Вячеслава Сергеевича Отец с матерью были в доме.
Артем громко поздоровался и предъявил удостоверение. Женщина испуганно прижала руки к груди, отец нахмурился и сурово спросил:
– Чего натворил?
– А что, может и натворить? – спросила я.
Мужчина пожал плечами.
– Если милиция ищет, выходит, натворил. Да и чего б ему из областного центра уезжать? От работы, от цивилизации всякой. В армию надо было лоботрясу, а он, видишь ли, хворый.
– Замолчи, ради Христа, – подала голос женщина. – Я что, своего сына не знаю? Не мог он ничего плохого сделать. А с работы ушел, потому что начальник плохой попался. Да и жилье 6 областном центре снимать дорого.
– Где сейчас Слава? – спросила я. Женщина испуганно посмотрела на мужа. Оба молчали, но после повторного вопроса она все-таки ответила:
– У брата.
– А брат где?
– В Рязанской области. Скажите, чего натворил, мне ведь теперь все ночи не спать, – взмолилась женщина.
– Ничего плохого ваш сын не сделал, – ответил Артем. – По крайней мере, нам об этом неизвестно.
Мы просто хотели поговорить с ним о его друге.
– Правда? – не очень-то нам веря, спросила мать.
Артем кивнул, выглядел при этом он убедительно.
Через пять минут нам дали адрес и номер телефона склада, где работал Вячеслав. Его брат временно пристроил грузчиком.
– Только он без дела звонить не велел, – забеспокоилась мать. – Только в крайнем случае. Да нам и позвонить-то неоткуда. Телефон в правлении, но по нему можно звонить разве что в пожарную или если кто помирает, чтоб «Скорую» вызвать.
Мы простились. Родители Солодкова проводили нас до машины.
– Махнем? – улыбнулась я Вешнякову.
– Спятила? Пусть тамошние менты с ним побеседуют.
– Это ж сколько времени займет, а мы через два часа будем там. – Я подмигнула, а Вешняков заволновался:
– Ольга, меня из дома выгонят. Я сегодня обещал в семь как штык. У пацана день рождения.
– Будешь в семь, – в свою очередь пообещала я и, между прочим, обещание сдержала. Правда, удостоилась не благодарности, а несправедливых обвинений, что езжу сломя голову и создаю опасные ситуации на дороге.
