Махинаторы под руководством Всеволода Долгорукова присвоили средства террористической организации «Центр». Компания Севы Долгорукова ищет спасения от последствий этих действий, а в сюжете фигурируют события Восьмого воскресения по Пасхе. Напряжение нарастает вокруг расправы.
Раздел Chitat.online для книги «Бомба для империи» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Махинаторы под руководством Всеволода Долгорукова присвоили средства террористической организации «Центр». Компания Севы Долгорукова ищет спасения от последствий этих действий, а в сюжете фигурируют события Восьмого воскресения по Пасхе. Напряжение нарастает вокруг расправы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Евгений Евгеньевич Сухов Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Махинаторы под руководством Всеволода Долгорукова присвоили средства террористической организации «Центр». Компания Севы Долгорукова ищет спасения от последствий этих действий, а в сюжете фигурируют события Восьмого воскресения по Пасхе. Напряжение нарастает вокруг расправы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Но пытать…
– Этого требовали обстоятельства, – невозмутимо произнес собеседник.
– Я не знаю таких обстоятельств, чтобы людям выкалывали глаза, – твердо сказал Долгоруков.
– Зато я знаю! – резко парировал его реплику Густав и перешел на «ты»: – Итак: мне тебя убить или мы разойдемся как-то иначе?
– Ты, конечно, можешь меня убить…
– Разумеется, сударь, – перебил тот Севу и впервые улыбнулся.
«А он маниак», – промелькнула у Долгорукова мысль. Но он тотчас забыл о ней и продолжил:
– …но в этом случае денег ты не получишь.
– Ты же сказал, что у тебя нет денег, – заметил Густав. – Значит, я тебя убью. А перед этим, – он снова пытливо посмотрел на Севу, – выколю тебе глаза. Чтоб другим неповадно было красть у меня деньги.
– У меня нет денег. Пока нет… – сказал Всеволод Аркадьевич, справившись с холодком в груди, вызванным последними фразами Густава, и уже принимая навязанную ему тему разговора. – Но я смогу их достать.
– Достать? – Густав прикидывался спокойным, но где-то внутри чувствовал себя оскорбленным наглостью и бесстрашием Долгорукова. Черт бы побрал эту породу людей, представителем которой являлся этот наглец из России. А ведь именно в России их много. Больше, чем где-либо. Прямо рассадник какой-то. Поэтому «Центр» и обращает особое внимание на эту страну, чтобы навсегда и бесповоротно извести породу непослушных русских и сделать их беспрекословными рабами, как и всех прочих… – А откуда вы намерены достать деньги? Из кармана, из мешка, из банка или кассы взаимопомощи несостоятельным студентам? А может, из чулка вашей любимой бабеньки? Ну! Говорите, сударь, говорите…
При слове «бабеньки» Всеволод Аркадьевич невольно поежился. Как он, этот Густав, смеет так говорить о бабеньке? Его бабеньке? Которая воспитала его и дала все то, что всегда помогало ему в жизни? Не-ет, приятель, мы еще посмотрим, кто кого…
Невольно вспомнился Троицын день на Девичьем поле. И ее слова, что благие намерения ведут в ад.
А ведь она права. К примеру, отдать неправедно заработанные деньги или вернуть долг входит в намерения, несомненно, благие. Да, он забрал чужие деньги и по правилам должен их вернуть. Но как будет использовать эти деньги Густав? Во благо чему-либо или кому-либо? Глядя на него, этого не скажешь. Значит, деньги, которые вернет Сева, будут использованы во зло. Вот и выходит, что благие намерения работают во зло. И ведут в ад…
– Ну, что вы замолчали? – сверлил его взглядом Густав. – Как вы собираетесь достать деньги?
– План! – Густав даже привстал со своего кресла. – У него есть план… Забавно, право! Денег, значит, нет, а план – есть?
– Есть, – не обращая внимания на едкий сарказм, сказал Всеволод Аркадьевич.
– А на кой черт мне твой план? – Он снова уселся в кресло и уставился на Севу.
